Конец 1970-х. Брежнев проводит заседание с комиссией по делам ветеранов. Её возглавляет угрюмая более чем пожилая дама очень печальной наружности.

Во время перерыва Брежнев, немного морщась, тихо обращается к одному из членов комиссии:

— Я вовсе не против женщин-руководителей, но не могли бы вы избрать в председатели кого-нибудь помоложе?

У того сильно загораются глаза:

— Эх, Леонид Ильич! Видели бы вы её на баррикадах в 1905 году!

Встречаются два друга.

— Новые анекдоты есть?

— Нет.

— И у меня нет. Во, [м]ля, времена настали

— и анекдотов-то новых нет!

—————

.

И на ленте одни арифметики да мудильяни, да ещё ватники с укропами живописьками меряются. В общем, сделали сказку былью, претворили анекдоты в жизнь. ..

—————

а ты кто, мил человек, будешь? жид или еврей?

— Я машину новую купил. Навороченную, она столько всего умеет: и паркуется сама, и в полосе держится, и за машинами впереди следит, тормозит...

— Прикольно. А ты ей зачем?

— Видимо, только чтобы кормить. И с каждым разом корм для нее все дороже.

Но тут возникли некоторые мысли... повозникали, повозникали... и свалили...