руководитель. И взяла она быка за рога, т. е. сразу после собрания подлетела к молодому доценту и обрадовала его перспективой совместного написания диплома.

Доцент крякнул, отвел девушку в уголок и стал ей что-то втолковывать.

Далее случайный наблюдатель мог бы узреть следующее — стоит молодой доцент, тихо что-то говорит студентке, а та сначала бледнеет, потом краснеет в свеклу, закрывает рот ладошкой, срывается и убегает в неизвестном направлении. Доцент, пожав плечами, направился в преподавательскую, где собирался скушать бутерброд, приготовленный заботливой женой, и обсудить с завкафедрой план публикаций. Собственно общение доцента с бутербродом было прервано местной дамой пятидесяти с хвостиком лет, добровольно взявшей на себя роль блюстителя нравственности. Дама влетела в преподавательскую, изрыгая гнев, за дамой виднелась Блондинка. "Что вы себе позволяете, что вы предложили бедной девочке?! " — дама гудела как мощный трансформатор в центнер весом.

Доцент честно ответил — "Как обычно — провести быстрое Фурье преобразование". Дама хоть и была старой девой, блюстительницей и прочая, но еще она была доктором наук и, взяв полсекунды на размышление, она ласковым, поучающим голосом выдала — "Ну как же так, она же маленькая, она пока этого делать не умеет". Завкафедрой хрюкнул в чашку чая, сдерживаясь до последнего, сделал ручкой Блондинке на выход и только после этого загоготал — говорят, что присутствующие серьезно опасались за сердце маститого научного работника, но ничего сделать не могли в виду того, что сами ржали в голос.