Бизнесмен поднимает на него мутный глаз, не до конца понимая и не полностью включаясь в общение:

— О чём вы, батюшка! Тут такие дела, котировки скачут, Доу-Джонс валяется, простите, простите, не могу... — и снова клац-клац клавишами на ноуте.

Поп сходил в тамбур один, вернулся, благоухая амстердамскою травою, снова полчасика помолчал, и давай опять бизнесмена спрашивать:

— А не посетить ли нам с тобой, сын мой, совместно вагон-ресторан? Молитвой сыт не будешь. Сходим же, откушаем, чего бог послал.

— Батюшка... (клац-клац-клац) простите

(клац-клац) не могу я... На токийской бирже обвал. NАSDАQ с ума сошёл (клац- клац-клац-клац), нестабильность в Судане привела (клац) к взлёту цен на нефть...

Поп снова в одиночестве проследовал в ресторан, вернулся, расточая ароматы яств, посидел, да и обращается к бизнесмену (а на том уже рубашка мокрая, волосы торчат):

— Не угодно ли со мной вкусить замечательного ликёра, плода бдений бенедиктинских монахов?

— клац-клац-клац-клац...

Поп вытаскивает фляжку, вкушает плод бдений, снова погружается в задумчивость и снова обращается к попутчику:

— Сын мой, я тут, проходя по вагону, заметил в соседнем купе двух очаровательных юных дев. Не сходить ли нам с тобою вместе к сим юницам, не провести ли с ними до утра время в беседах о духовности половых отношений?

— клац-клац-клац... Доу-клац-Джонс... клац! Нью-Йоркская биржа.... клац- клац... нестабильность...

Снова поп один идёт в соседнее купе, откуда до утра слышатся разные звуки, свидетельствующие о живости происходящей там дискуссии и о несомненном интересе к теме разговора со стороны всех его участников.

Наутро поп, слегка помятый, но румяный и довольный, почистив зубки и побрызгавшись парфюмом, заходит в купе забрать вещи и видит там бизнесмена — с зелёной мордой, кругами вокруг глаз, в рубашке как тряпка, из последних сил чего-то выклацивающего на своём ноуте.

Бизнесмен поднимает к нему красные глаза и говорит:

— Скажите мне, батюшка... вот я живу - света не вижу, работа, семья, работа, семья, на работе от темна до темна, все деньги жене отдаю, дома посуду мою, мусор выношу, детям уроки делать помогаю, ни шагу в сторону. ... неужели я неправильно живу?

— Правильно, сын мой. Но зря.