Премьера фильма ужасов. Режиссер- дебютант нервно расхаживает по фойе кинотеатра, чтобы по окончанию сеанса выступить перед аудиторией. Тут открываются двери, и зал один за одним начинают покидать зрители со словами:

"Ужас! " "Кошмар! " "Это невыносимо! "

"Застрелиться можно! " и тому подобными. У режиссера слабеют ноги, он густо краснеет, опускается на диван и бормочет: "Все-таки я никудышный режиссер. Ведь как старался!

Спецэффекты, элемент внезапности, монстры

— пальчики оближешь, озера крови... И все псу под хвост! Зачем я уродился на этот свет? "Тут появляется звукорежиссер и шепчет режиссеру на ухо: "Не беспокойтесь, фильм понравился, но пара зрителей жидко обделались — да так, что хоть святых выноси, в зале невозможно дышать! Надо бы, пожалуй, убрать некоторые сцены... "

Муж возвращается домой и застает жену в объятьях любовника:

— М-да... Тебе бы еще папироску в зубы и будешь вылитая [м]лядь...

Переехал мужик с женой из города в деревню жить. Решили поросят завести…

Утром помыли свинку с мылом, посадили в телегу и повезли к хряку в соседнюю деревню. На следующее утро мужик отправляет бабу в сарай проверить не родила ли свинка.

Та возвращается:

— Нет, говорит.

Ну, что делать, знать, не получилось. Опять моют свинью с мылом, сажают в телегу и везут к хряку. Утром та же история:

— Ну, нету поросят.

Снова поутру моют с мылом, сажают в телегу, везут к хряку. А утром баба возвращается из сарая вот с такими глазами. Мужик кричит:

— Ну, что, родила?

— Нет, но уже помылась и сидит в телеге…

— можно ли построить коммунизм в Израиле?

— зачем такой маленькой стране такое большое счастье?