Свежие истории от 10 июля 2026
www.anekdo.net - наше зеркало для заграницы и VPN
* * *
Зарисовка из стоматологии.
Приключилась раз со мной редкостная пакость: нарвало что-то в десне, под корнем зуба, видимо. Десна распухла и багрово-малиновая, всю челюсть дёргает с интервалом в десять секунд... В общем, дело ясное: рвать зуб, без вариантов! И хорошо ещё, если придётся пожертвовать только одним, шестым снизу справа,
кстати. Ну, рвать — так рвать. Только вот есть у меня проблемка: аномально низкий болевой порог. Ну, особенность организма такая. И — нет, "потерпеть" я не могу: я от боли быстро "отъезжаю" в болевой шок. Мне, когда обычную пломбу ставят, колют тройную дозу анестезии, и вполне конкретный препарат, указанный в карточке, потому что лидокаин, например, не действует от слова "вообще", с тем же успехом можно вколоть дистиллированную воду. А тут явно придётся разрезать десну, чистить рану и как бы не тройничный нерв... В общем, хорошо, что сейчас можно проводить такого рода манипуляции под общим наркозом: денег жалко до слёз, но здоровье-то жальче, а терпеть уже сил нет...
Так что отправляюсь я в единственную стоматологию, где имеется услуга "лечение во сне".
Далее происходит такой, приводимый по памяти, диалог.
Я: Мне... это... лечение во сне бы. Вот, зуб удалять.
Врач (осмотрев): Зуб надо удалять. Во сне? Ну... Можно. Только не сейчас.
Я: Почему?
Врач: Нужного препарата нет. Заказывать надо.
Я: И когда?
Врач: Так... Сегодня у нас — вечер понедельника. Завтра закажем, послезавтра привезут... Назначу вам на четверг.
Я: Доктор, вот только не на четверг! У меня как раз в четверг — суточная смена на работе, подмениться — никак, давайте на среду!
Врач: А в среду — у меня выходной, а со спящими пациентами никто, кроме меня, не работает...
Я: Ну, тогда — на пятницу"
Врач: Не буду я вас назначать на пятницу.
Я: Почему?
Врач: Потому что Вы не придёте.
Я: Почему это я не приду в пятницу?
Врач: Потому что до пятницы у Вас ВСЁ ПРОЙДЁТ!
Я: А если не пройдёт?
Врач: Ну, надо же, какие мы особенные! У всех проходит, а тут, видите ли, не пройдёт. Завтра прорвётся Ваш чирей к чёртовой матери, гной вытечет, боль пройдёт, и как раз к пятнице всё заживёт, и Вы не придёте.
Я: А... Зуб тогда зачем удалять?
Врач: Да лучше бы удалить: нет зуба — нет проблемы. И уже точно никогда не будет. Но вообще-то можно и не удалять...
Я: Как?
Врач: А так. Если корни или, там, нервы повреждены, так он сам вместе с гноем выпадет. А если не выпадет, так и чёрт с ним: значит, не гниёт и держится прочно, это - только десна воспалена. Так что идите, идите и полоскайте ромашкой. ..
И ведь как в воду глядел: как раз к пятнице всё и прошло...
Просто улыбнуло...
— Добрый вечер! — сказала белая лошадь.
— Э, здравствуйте, — ответил Павел, со слезами на глазах
вспоминая рассказы людей о симптомах белой горячки.
— А вы откуда? — вежливо спросила лошадь.
— Из Медведково, — сказал Паша, медленно вспоминая, есть ли у
него сигареты, спички, зажигалка, газовый баллончик и все прочее
необходимое, когда у вас ночью в парке спрашивают откуда вы.
— Хм-мм-м, а вы случайно не пьяный? — усомнилась лошадь,
принюхавшись и фыркнув.
— Совсем нет! — храбро соврал Паша, надеясь, что тут-то запах и
сгинет в тумане.
— Ну, тогда извините... А у вас деньги на такси есть, а то я
подвезу?
— Нет, не надо, — с достоинством ответил Павел, и сообразив,
что это невежливо, добавил, — Я сегодня зарплату получил, вот...
— До свидания, молодой человек, — сказала лошадь и, медленно
повернувшись, ушла в туман.
— До свидания, Белая Лошадь, — с облегчением вздохнул Паша...
Ответом ему был дружный хохот патруля конной милиции,
выведенной на дежурство в парке в этот вечер.
* * *
Катался как-то в выходные с сыновьями на велосипедах. Пришло время перекусить. Было жарко и душно, как перед грозой. Мы расположились под большим деревом на скамейке рядом с велодорожкой. Сидим, болтаем ногами, хрумкаем печенье.
Тут к нам подскакивает ворон и начинает истошно каркать. Я было подумал, что поесть выпрашивает, и кинул птице печенюшку. Но ворон даже не посмотрел на еду и продолжал каркать и наскакивать; чуть ли не клевал по ногам.
Что ж, раз так нас выгоняют, то мы собрались, сели на велики и покатили дальше. Но не проехали даже метров пяти, как вдруг налетел порыв ветра (а погода, повторяюсь, была предгрозовая); от того дерева оторвалась здоровенная ветка, упала прямо на скамейку, с которой мы только что ушли, и разбила спинку и сиденье этой скамейки в щепу! То есть, если б мы ещё там задержались на минуту, то нас бы оттуда в больницу увезли. В лучшем случае.
Но что интересно: когда я потом с детьми обсуждал события, то они, оказывается, ворона абсолютно не видели! Они еще удивились, что я сначала бросил печенье на дорогу, а потом неожиданно встал и сказал, что мы едем дальше. Получается, что птицу видел только я один.
* * *
— Шеф! До круглосуточного докинешь? Правда, у меня пара сотен всего! Ты сколько надо возьми, а мне оставь на бутылку пива. Трубы горят. Опохмелиться надо срочно, а то сдохну!
Таксист махнул рукой и Толик запрыгнул в машину. Три дня он не выходил из запоя. Всю дорогу до магазина его трясло. Так хотелось быстрее добраться до магазина.
Открыть бутылочку и спокойно выдохнуть.
Таксист, понимая всю сложность ситуации, подвёз Толика прямо до дверей супермаркета. Видать сам бывал в такой ситуации. И, взяв сто рублей, решил перекурить пока ждёт его обратно. Толик помчался как бешеный к двери. Но, вдруг, что-то заставило его остановиться. Он посмотрел в сторону мусорной урны и увидел рядом с ней маленького щенка, который не мог запрыгнуть в эту урну. "Видать, там что-то вкусное лежит", — подумал Толик и, взяв щенка, посадил его в урну и зашёл в магазин.
"Что-то долго его нет? Видать прямо в магазине похмеляется", — заволновался таксист. Толика не было минут пятнадцать. И вот дверь открылась и он выйдя направился прямо к урне. Достал пару пакетиков собачьей еды и вывалил на одноразовую тарелку. Щенок был очень голоден и смёл всё за несколько секунд. Толик взял щенка за пазуху и сел в такси. Эти несколько минут в машине была полная тишина. Таксист остановился у подъезда и протянул обратно Толику его сотню.
— Нет, ты что шеф? Эта твоя работа! Тебе тоже семью кормить!
— Бери! То, что я увидел сегодня стоит во много раз дороже. Спасибо тебе! Тебе нужнее. Кстати, меня Олег зовут!
10.07.26 такая хорошая погода. Уже несколько лет подряд, сюда на озеро, на рыбалку, приезжают трое друзей: Олег, Толик и лохматый пёс по имени Бимка.
* * *
Оставил кошелек на крыше машины, когда заправлялся. Ну, с кем не бывает. Один минус — в кошельке все документы, включая загранпаспорт, на машину, снилс и т. д. Ну, думаю всё. Восстанавливать всё около месяца в лучшем случае. Вернулся на заправку через час (т. к. успел далеко уехать), а возле заправки сидит бомж с моим кошельком и теребонькает его в руках. Я ближе подошел, а он: "Молодой человек, вы конкретный распиздяй". Отдает кошелек и с походкой короля скрывается в кустах.
* * *
СЧИТАЛОЧКА
Мой друг детства Эдик "срочную" служил в Венгрии. Спецназ ГРУ.
Чего он только мне не рассказывал, а что еще важнее – показывал...
Вот вам маленькая иллюстрация суровой, но очень эффективной спецназовской педагогики:
Учебная рота, месяц с начала службы.
3.00 – Команда: "Рота подъем! Тревога! "
Через
минуту окончательно проснувшиеся сто человек со всем своим скарбом уже стоят на плацу, готовые покорить сонную Европу...
Каждый боец представлял собой увесистый склад на ножках: оружие, боезапас, вещмешок, ОЗК, бронежилет и т. д. и т. п. А уж на радиста и пулеметчика вообще больно было смотреть.
Все знают, что сейчас будет марш-бросок такой длины, что и на автобусе ехать нудновато... а тут бегом и примерно с той же скоростью...
Ротный:
— Товарищи солдаты, довожу до вашего сведения две новости и обе хорошие.
Первая новость: в блоке НАТО сидят не такие идиоты, чтобы напасть на нашу доблестную роту, а посему — сегодняшняя тревога учебная.
Вторая: поскольку на нас пока не напали, мы с вами имеем шикарную возможность в эту прекрасную, лунную ночь потренироваться. 30 км туда и если будете хорошо себя вести — столько же обратно...
Да, вот еще что, бойцы, до меня дошли слухи, что некоторые хитрованы вынимают бронепластины из жилета, чтобы облегчить себе жизнь на полкило.
Надеюсь, вы понимаете, что будет, если вы окажетесь без этих пластин в реальном бою?
Рота:
— Ттааак тточнн!!!
Капитан:
— Среди вас есть такие паскудники!?
Рота:
— Ннкак нееет!!!
Капитан:
— Я, конечно, проверять и щупать каждого не буду, вы взрослые люди, поверю на слово, но просто интересно.
Выйти из строя те, кто вынул пластины из бронежилета! Я накажу, но не сильно...
Никто не вышел.
Ротный:
— Ну, на нет и суда нет. Рота ровняйсь! Смирно! Разойдись! В одну шеренгу становись!
Капитан медленно, со смаком вынул пистолет, передернул затвор и с десяти метров, водя стволом из стороны в сторону, стал целиться в солдат на уровне груди.
У всех тихая паника, бойцы знали, что ротный берет в руки оружие, только в двух случаях: либо чтоб стрелять, либо чистить...
Ротный:
— Два пожарника бежали и на кнопочку нажали ПИП!!!!
Эхо пистолетного выстрела отразилось от казармы и штаба.
... Младший сержант упал как подкошенный.
Ротный:
— А вот сейчас мы и узнаем: если у него пластины на месте, то живой, а если соврал, то подох — чем подорвал боеготовность роты...
Парня похлопали по щекам, вроде очухался. Поднялся с асфальта, держась за грудь.
Ротный расстегнул ему "бронник", извлек пластину с "шишкой" и сплющенную пулю:
— Ровняйсь! Смирно! Я повторяю свой вопрос: может кто-нибудь все-таки вынимал пластины? Я ведь знаю еще много детских считалочек...
Из строя вышло человек десять...
Ротный: О, а вот и санитары, которые по очереди потащат на носилках нашего "раненого" сержанта... а по возвращении в часть — всех накажу.
Рота! За мной, бегом марш!
Главный "буржуинский" секрет, который старослужащие свято хранили от молодых – это то, что у того младшего сержанта в жилете была вспученная пулей титановая пластина, которая передавалась из поколения в поколение, а капитан стрелял холостым патроном.
Зато ни у одного "молодого" даже в страшном сне больше не возникало желания на полкило "облегчить" себе жизнь...
* * *
Про мой любимый контингент петербуржцев. Веду экскурсию в один двор. Территория охраняемая. А туда позарез надо. Поэты, понимаешь, беспечно селятся где попало, не предполагая, что публика потом будет ломиться по местам их боевой славы, раздражая аборигенов своими восторженными физиономиями. Итак, завожу. Причем уже издалека вижу, что охранник — из строптивых. Бывает, можно иных уболтать, а бывает — ну никак. С этим я даже как-то раньше успела слегка поцапаться. И точно — уже выходит навстречу, грозно пуча глаза. Погнал, конечно. Ладно, думаю, хрен с тобой, пес жилищного режима. Так расскажу, не проходя дальше. И рассказываю. Про позднюю любовь двух немолодых людей. Прогулки. Стихи. Блокаду. Разлуку.
А охранник рядом стоит. Слушает. Вдруг откашлялся и смущенно сказал:
— Можно я вмешаюсь?
— Чуть помедлил и продолжил извиняющимся тоном: — Это ведь не я запрещаю. Я бы пустил. Строго тут у нас. Проблемы у меня могут быть. Начальник все время смотрит, кто во двор заходит.
Да ладно, отвечаю, дело житейское. Мы и отсюда хорошо видим.
— А давайте так сделаем, — говорит он крепнущим голосом.
— Вы пойдёте дальше, рассказывая. А я за вами, вроде как ругаю. Ну, вроде бы прогоняю. А вы рассказывайте.
Рассказал(а) Антон Гросс, FB
"Итальянский кофе — не лучший в мире". Почему в барах жгут зерно и прячут вкус за сахаром
(Выдержки из книги Франческо Мазелли "Революция послезавтра" (издательство NR))
Есть вещи, которые в Италии нельзя критиковать вслух. Маму. Футбол. И кофе.
Особенно в Неаполе, где слово "кофе" автоматически означает эспрессо, а разговор о том, что он может
быть не идеальным, воспринимается почти как личное оскорбление.
Но вот неприятная правда. Значительная часть итальянского кофе — посредственная. А иногда откровенно плохая.
Многие бариста пережигают зерно. В Неаполе сахар нередко кладут прямо в чашку заранее, не ради "традиции", а чтобы скрыть горечь и дефекты вкуса. Эта ложка под носиком машины — не романтика, а камуфляж.
Пена есть. Аромат есть. Турист счастлив. Но качество зерна и обжарки часто оставляет желать лучшего.
Проблема начинается с цены. Итальянцы десятилетиями привыкали к идее, что эспрессо должен стоить один евро или около того. В результате бары вынуждены экономить буквально на всём — на сырье, смесях, оборудовании, времени экстракции.
Эспрессо высокого уровня физически не может стоить меньше полутора евро. Хорошая арабика, качественная обжарка, свежесть зерна, работа бариста — всё это стоит денег. Но рынок приучил клиента к дешевой чашке. И теперь сам рынок стал заложником этого мифа.
Для многих баров кофе вообще почти убыточен. Настоящую прибыль дают капучино, круассаны, соки, выпечка. Эспрессо — это обязательный ритуал, который нельзя отменить, потому что Италия держится на нем как на части национальной идентичности.
В стране около тысячи обжарочных компаний. Десять лет назад их было почти полторы тысячи. Рынок сжимается. Маленькие фабрики выживают только за счет местной лояльности — тридцать-сорок баров в провинциальном городе, и этого достаточно, чтобы не закрыться.
При этом Италия действительно остается кофейной державой. Пять миллиардов евро оборота. Культ эспрессо. История. Порты Генуи, Неаполя и Триеста, через которые десятилетиями шло сырье. Lavazza, Segafredo, сотни локальных брендов.
Но культ и качество — не всегда одно и то же.
На севере предпочитают арабику, более мягкую и ароматную. На юге царит робуста, крепче, грубее, с большим количеством кофеина и нотами жженого вкуса. Именно этот "ударный" профиль многие итальянцы и воспринимают как "настоящий кофе".
И вот здесь рождается главный парадокс.
Италия научила мир пить эспрессо. Но сама же застряла в ловушке собственного ритуала. Люди пьют кофе быстро, стоя у стойки, за минуту. Температура чашки обжигает пальцы. Сахар уже внутри. Всё происходит автоматически, как литургия.
И мало кто задается вопросом: а вкусно ли это вообще?
Туристы продолжают фотографировать чашечки и писать про "лучший кофе в мире". А индустрия живет между гордостью, маркетингом и необходимостью удешевлять продукт.
Иногда национальный символ держится не на качестве. А на том, что никто не решается проверить легенду на вкус.
* * *
* * *