Женские истории #женщина

двое детей, с которыми мы быстро нашли общий язык.

За несколько дней было объезжено и осмотрено всё, что полагалось видеть неорганизованному советскому туристу. Надо сказать, что роскошь царских дворцов и убожество быта узников Петропавловки мало взволновало наши детские сердца. А вот, что "Аврора" с её пушками, это да - вещь, были согласны все четверо.

Неосвоенным оставался лишь Эрмитаж. Уже не помню отчего, но младшую часть нашей группы из всех богатств и шедевров этой сокровищницы мировой культуры больше всего интересовала восковая фигура Петра Первого. Говорили, что она сделана в натуральную величину, одета в настоящий царский камзол и даже лицо сделано с посмертной маски царя! Класс! Ну и какой там Леонардо да Винчи?

И вот, терпеливо отстояв километровую очередь, мы в музее. Вокруг изумлённые взрослые люди подолгу стояли у картин, разглядывали великолепные скульптуры, восхищались работами из стекла и фарфора. Детвора же, каждый раз медленно переходя из зала в зал, лишь разочаровано вздыхала. Фигуры не было. Ещё через пару часов этих бесполезных перемещений младшие начали потихоньку роптать. И в конце концов были услышаны. Изрядно подуставшие мамаши решили осуществить-таки детскую мечту и активизировать поиск заветной цели путём опроса служащих музея.

Смотрительницы Эрмитажа того времени заслуживают пары отдельных слов. Это были в большинстве своём преклонного возраста дамы, с печатью врождённой питерской интеллигентности на лице. Родившиеся и получившие начальное воспитание ещё в той, не тронутой революциями России. Державшиеся с каким-то особым достоинством, они безусловно вписывались в сам интерьер музея и были неотъемлемой его частью. Вот к одной из таких благообразных старушек и обратилась тётя Мария. То ли от некоторого смущения, то ли подумав, что пожилые люди обычно плохо слышат она довольно громко произнесла:

- Уважаемая, скажите пожалуйста, а где у вас тут находится чучело Петра Первого?

Меня словно током пронзило. Боже мой! Я не ослышался, она сказала "чучело"?! Чучело великого императора? Дальше как во сне. Рядом стоящие люди стали улыбаясь поворачиваться к нам. Те, кто помоложе, прикрыв рот ладошкой, откровенно ржали. Люди постарше смотрели строго и осуждающе. Такого позора в моей жизни ещё не было!

На старушку-смотрительницу было страшно смотреть. Лицо её побелело, руки дрожали. Держась за сердце и судорожно, как рыба на льду, хватая воздух она только и смогла пропищать слабым старушечьим голоском:

- Да как Вы можете! Как, как вам не стыдно!

А что наша тётя Маша? Так и не поняв, что она сморозила, поморгав глазами на сумасшедшую и окружающих её идиотов, пожимая плечами с достоинством удалилась. Надо ли говорить, что далеко-далеко впереди неё галопом к выходу уже мчалась вся наша команда.

несмотря на 6-летний возраст, ну очень меткое сравнение! Эти дамы покупали у всех проходящих лоточников хачапури, шелковицу и т. д. в общем все время жевали, а потом заходили по грудь в море и делали руками волны вдоль живота.

И вот лежу я на пляже, глядя на море, все заняты сами собой и вдруг - всеобщее внимание, развернула голову и я. Пардон, забыла сообщить, что времена были советские. Идет девушка лет 25-28, фигура статуэточная, золотыстые шлепки на высоком каблуке, золотистые волосы развеваются волнами на спине, И ОНА НЕСЕТ СЕБЯ, ДАВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ ВСЕМ РАЗГЛЯДЕТЬ

СЕБЯ ВНИМАТЕЛЬНО.

Подходит к нам с сыном и просит разрешения лечь рядом. Сын всегда был джентельмен, но тут в нем просыпается ГАЛАНТНЫЙ МУЖЧИНА. , он в свои 6 лет берет ее под свое покровительство. Поскольку я только вышла с моря, я присматриваю за вещами, а они идут купаться. Но недолго сын был единственным ухажером. К нам ломанулись с предложением поиграть в карты несколько мачо, причем один круче другого. Стали играть шесть человек, на вылет, каждый сам за себя, а проигравшего били картами по носу, причем экзекуцию выбирали сами, вытягивая карты.

Две хрюши, лежавшие рядом, встали во весь рост, упирев руки в многочисленные складки и стали громко обсуждать кобелинные пристрастие мужиков к блондинкам, причем крашенным. Было неуютно под их расстреливающими взглядами, но все делали вид, что нас это не касается( кстати я была естественная шатенка 25 лет и роды моей фигуре не нанесли вреда)Я предложила пойти искупаться, чтобы как-то избежать конфликта- а им уже пахло в Сочинском воздухе.

И вот, вернувшись с моря, мы вновь продолжили игру. В этот раз проиграла блондинка и это несмотря на то, что все мужчины пытались ей подыграть.

Она вытаскивает карту, сколько ударов по носу, вторую сколькими картами бить. Хохоча, в ужасе закрывает лицо, мачо обнимая ее пытается освободить ее носик, они на одеяле начинают возится и галька из под ног отскакивает на подстилку хрюш.

Нужно было видеть торжествующие их лица. Такой повод не мог быть упущен.

Они стояли как глыбы в законном гневе и растреливающими взглядами в лицо блондинки выпалили дуэтом- Б"""ь! Б""""-ще!

И тут это грациозное создание вскочило на ноги, стало напротив них в такую же позу, уперев руки в боки и выдало- ДА, Б-. . Ь, Б---ЩЕ! И ЭТИТ

ГОРЖУСЬ! А ЧТО ВЫ МОЖЕТЕ СКАЗАТЬ О СЕБЕ!

После секундной паузы, громко и заразительно рассмеялся мой сын, а за ним все вокруг. Смех шел волнами от нашего места, видно как передавали соседи тем, кто видел перепалку, но не расслышал слова. Хрюши собрав вещи и плюнув в ее сторону, ушли с пляжа. Провожали их дружным смехом

жены, которую звать тетя Люся, молоко. Она им торгует возле дома. Знаете так, вдоль дорог стоят табуретки с трехлитровыми банками.... так вот, следом за ним входит еще один пролетарий(П), здоровается с этим и завязывается разговор.

П. Здорова х%ила, ну чё, Люська-то родила?

М. Здорово. Нет пока, но вот вот должна просраться.

П. А-а-а! А лепилу-то(доктора) вызвали?

М. Да ну их на х[рен] уродов, в прошлый раз приехали, ужрались как свиньи и весь хрен до копейки. Толку них[рена]. Сам все сделал. А сегодня, соседка вон, пришла. Подмогнет, если чё.

Я тихо офигивая, расплачиваюсь, одновременно думая, что есть еще женщины в русских селениях, что рожают дома при помощи соседки и иду к выходу, где сталкиваюсь, с...... собственно с той самой тетей Люсей(Л). Запыхавшаяся конечно и вид усталый, но в целом, вполне жизнеспособная. И ни капли не беременная......... видать родила, думаю. Смотрю на нее с тупой рожей....... Здравствуйте, говорю, теть Люсь, поздравляю типа.... Она глянув на меня, кивает головой и начинает ломиться в гамазин. Я отхожу в сторону, пропускаю её и стою слушаю.. потому как весь вид т. Люси, говорил о том, что ейному мужу сейчас круто обломится по репе. Далее такой разговор:

М. (видя жену) Ну чё, неужто родила наконец?

Л. А чё, тебя опездола ждать,.....где шаришся? Час назад ушел!

М. Да вот я....... очередь тут и дружка вот встретил. (кивая на П)

Л. Я те, б%ядь дам дружка...... пошли быстро!

Я стою уже с трудом, т.к. не въезжаю вообще в разговор и офигиваю уже не тихо, а в полный рост.

В этот момент П спрашивает у Люси. А кого хоть родила-то? На что та отвечает.... бычка!

Я начинаю хрюкать и быстренько иду к машине. Оказывается, их корову, чье молоко я столько раз пил, тоже зовут Люська. Но те три минуты я запомню навсегда. Так близко к помешательству я никогда не был.....

...и еще.... не очень смешно... скорее даже грустно. Разговор моей горячо любимой бабушки с сыном (мой дядька) Дядька пришел, как обычно с работы в зюзю, стал вешать телогрейку на вешалку, зацепил петелькой за крючок, но утратив равновесие, стал падать. Телогрейку решил не отпускать, надеясь удержаться. Зацепленный ватник потащил за собой всю вешалку, где на верхнем ярусе, так сказать, лежало куча старых кастрюль, валенки, целлофановый мешок с удобрениями (кг 2-3), еще чего-то... короче всё это с жутким грохотом и дядькой посыпалось на пол. Дядька падая, уцепился за край стола, в итоге все что было на столе, а было там немало ибо дело по весне и много рассады в пластмассовых стаканчиках, тоже оказалось на полу, поверх дяди. Выскочила бабуля моя, женщина несмотря на возраст весьма деятельная, начала орать и обзывать дядьку алкашом, брындахлыстом и почему-то хохлом. Дядька тоже разошелся, стал огрызатся и сказал буквально следующее: -" Будешь на меня орать так, я тё как-нить башку-то отрублю!" На что бабулька ответила: -" Да пока ты будешь бегать, да собираться, я тебе давно её отпанахаю!" ........... такие вот отношения близкородственные.

А самое ласковое как называла меня в детстве бабушка, это было Верблюд.

Удивлена, что я практически местный. Говорит, что здесь очень редко водители не требуют денег. Сама с Урала, но судьба закинула её сюда давным-давно, да и то через многолетнее заключение. Рассказала бы, но уже приехали. Почта.

Достала из сумки гроздь винограда, угостила меня. Пожелали мы друг другу дежурных благ и расстались.

Несколько дней я просто мучился, вспоминая бабулю. Не выдержал однажды и поехал в тот посёлок на почту. Прошу вспомнить, проверить, какая старушка получала пенсию в то утро. Не хотят ковыряться, искать. Тут меня осенило – виноградом, говорю, вас она, наверняка угостила.

- А! - воскликнула женщина за стойкой. - Так это Елизавета Даниловна с хутора К Маркса.

Так я нашёл попутчицу.

А теперь, вкратце, история.

Жила в одной уральской деревушке девочка Лиза. Работала, как и все в поле. Серпами жали хлеб. Упавшие зёрна тайком отправляли в рот. Очень боялись, но голод был сильнее страха - с 1932 года действовал «знаменитый» Указ «О трёх колосках».

Видел учётчик или нет - неважно, но подбежал к Лизе, схватил за волосы, привёз в контору и велел звонить в район. Дали десять лет. Могли и расстрелять.

Два года шила телогрейки. Началась война. Ассортимент расширился - в моду вошли шинели. Замечаний не было и стали Лизе доверять работы и за пределами зоны. Однажды отправили её с группой на станцию перегружать продукцию. Работы шли в спешке. Военные и железнодорожники ругались и грозили друг другу неприятностями. Поезд стоял на парах. Какая-то страшная тоска вдруг толкнула Лизу в загруженный вагон.

Покинула вагон в новой телогрейке уже на правом берегу Волги. Повезло поменять телогрейку на старое пальто и кусок хлеба. Немцев отогнали уже далеко. Подалась на юг. Документов не было, но до сих пор везло. В Астрахани удалось остановиться работать в больнице. По-настоящему повезло, когда главврач похоронил, как неизвестную, умершую женщину, а Лизу, выздоровевшую, «выписал».

И отправилась дальше на юг уже не Елизавета Даниловна, а Лидия Алексеевна. С ребёнком под сердцем.

Остановилась на Кубани. Прижилась. Родила сына. Работала в колхозе. Годы полетели.

Дояркой Лидия Алексеевна стала передовой. Отмечали её на каждом собрании. Постоянно была на Доске Почёта в районе. А однажды, уже в конце 70-х, её представили к награде.

Вручать медаль приехал на собрание первый секретарь райкома. Очень хвалил, как водится, благодарил за доблестный труд и спросил, чего она желает от руководства колхоза или даже района. Пообещал выполнить любую просьбу.

Лидия Алексеевна поблагодарила всех, отказалась от всех благ и… на глазах всех селян, руководителей и собственного сына рассказала эту историю и попросила вернуть ей её имя.

Можно ли представить, что в нашей измученной стране, человек, переживший такое, мог испытывать самое настоящее счастье.