Было, сходил я как-то на экстремальное свидание, с которого мог и не вернуться живым… Где-то 2010 год, расцвет ВКонтактика. Переписываюсь там с одной красоткой, пишет:
пожрать сообрази, повеселимся.
Она отвечает:
—А давай!
Я был голодающий студент, так что в предвкушении жрачки и романтики, чтоб не спугнуть такую удачу, прихорошился, надушился, надел чистые трусы и порулил к ней аж на другой конец города…
Приехал. Открываются двери, силуэт загадочно проскальзывает на кухню, слышу:
— Иди в зал, садись, будь как дома.
А там на столе уже колбаска, сырок, картоха!
Ставлю бутылку палёного «Арарата» три звёздочки и мечтаю: «Щас и поем, и красотку, того, везунчик…»
НО!
В комнату заходит тётка вдвое старше меня, с выжженными рыжими волосами, в растянутой майке, выглядит крайне неухоженно.
Я такой:
- Здрасьте… а где Света?
(так вроде звали)
Она:
- Не обижайся, но Света - это я. А фотки в интернете не мои, потому что ты бы ж не пришёл…
Тем временем запах еды уже вскружил мне голову, так что я решил: «Ну а [фиг]ли, останусь, хоть поем, а потом свалю».
Сели, рюмка-другая, я налегаю на колбасу. Она тем временем начала рассказывать про свою жизнь, и с каждым предложением всё больше оседала и пускала слёзы. Потом начала откровенно грызть ногти и внезапно поворачивается ко мне…
Как сейчас помню: заплаканная, и у неё надувается пузырь соплей из носа, и она томно так говорит:
- ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ.
Шок. Я давай отнекиваться, мол, мы ж просто по-дружески…
На каждую мою отмазку у неё наливались глаза кровью.
В какой-то момент она вскакивает, хватает здоровенный кортик, который висел на портрете её деда-моряка, становится прямо надо мной и орёт:
- ХОЧЕШЬ, Я ТЕБЕ ЩАС ПОКАЖУ, КАКАЯ Я ОДИНОКА?!
И замахивается!
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, а у меня пронеслась только одна мысль: «Допрыгался… Господи, только бы не попасть в “Криминальные новости”. Там же постоянно пьяные поножовщины, это ж мама по телеку увидит - какая позорная смерть…»
Стоит она с ножом, горит, трясётся.
Я в кресле, в ужасе, с недожёванной колбасой и уже не очень чистыми трусами, включаю психолога:
- Хорошо… покажи. Но давай ещё по рюмочке, давай?
Она выдохнула, села обратно, но нож всё ещё в руке.
- Ты останешься на ночь? - спрашивает.
Я говорю: останусь, обещаю ей золотые горы, а сам наливаю.
И когда она начала пить, я подловил момент и не придумал ничего лучше, чем перевернуть её вместе с креслом на пол.
[бах]нулась она как мешок, покатилась под батарею и как зашипит:
- МОЛИСЬ, ТВАРЬ!
Я рюкзак - в зубы, кроссовки «Найк» только купил - под мышку и дёру по коридору, параллельно молясь всем богам, чтоб у неё двери не были с каким-нибудь дебильным замком.
Потому что там мне была бы [п]опа от множественных ножевых и драматичный кадр для сюжета новостей.
Но нет - я везучий.
Чудом открыв, побежал босой и обосранный домой.
Добежал аж под утро.
Дома был друг в гостях, которому я перед выходом нахвастался, что иду на рандеву, где мне перепадёт.
И он меня окончательно добил вопросом:
- Ну че? Как, потр@хался?
