Скорость справедливого суда

Был в гостях. Наблюдал следующее шоу. Длинный узкий двор. По центру двора стоит новенький дорогой джип, на капоте которого разложили явства и расставили напитки четверо ребят (лет по 25-27) и центр компании — девушка в умопомрачительной мини-юбке. Выкаблучиваются во всю. Над двором разносится: "Пахан с "корешками" жениться приехал". Девушка явно хорошо воспитана: только лакомится пивком из общей полторашки, водку со всеми не пьёт.

Подъезжает старенький Жигулёнок. На крыше — лестница. У нас в Туле так строители ездят. И точно, пара ребят (похоже студенты на приработках) видят, что проезда нет, берут из машины коробки с инструментами и собираются тащить их на руках.

Пирующая компания возмущается их поведением: "Нашу машину заблокировали! А мы уже собираемся уезжать! "Не долго думая и, видно, в воспитательных целях они рассыпают у строителей сумку с инструментом прямо в грязь. Над двором раздаётся рёв самца: "ЙА! ЙА сдесь стаю! Пашли на... и Там ждите! "Строители шустренько собирают измазанный инструмент, загружаются обратно в машину и Жигуль осмотрительно ретируется из зоны видимости под свист "корешков".

Спустя полчаса джип тоже трогается. Доезжает до конца двора, останавливается и его водитель начинает быстро бегать вокруг. Рёв самца раздаёся второй раз: "Уроды! Оба левых колеса прокололи! Какая Падаль саморезов на дорогу насыпала! "

Во двор вползает заботливо вызванный соседями полицейский УАЗик.

Пришел к нам в отдел служить офицер из армии. Там он дослужился аж до подполковника, но ничего не умел. То есть, может быть, что-то такое военное он и в самом деле умел, но в милиции был величиной даже не нулевой, а отрицательной. Как говорится, произведение знания на звание – величина постоянная. Тем не менее сам товарищ подполковник этого не понимал и

Настоящая слава пришла к Донатасу Банионису после исполнения роли разведчика в фильме "Мертвый сезон". Он позже вспоминал, что его пригласили по телефону приехать в Ленинград на пробы фильма о разведчике. Банионис был совершенно убежден, что на роль не годится: "Во-первых, я некрасивый. Во-вторых, рост у меня не такой, какой должен быть у разведчика. В третьих, разведчик должен быть стройным, а я… не очень".

Но поездка в Ленинград была как нельзя кстати, у Донатаса барахлил "Москвич" и нужно было купить кое-какие запчасти для автомобиля. На площадке выяснилось, что все разворачивается очень серьезно. Баниониса продолжал мучить вопрос – почему именно он? Неужели не пробовали Кадочникова или Тихонова. Сомнения развеял первый же съемочный день. На мосту под Москвой шли съемки сцены обмена нашего разведчика на западного шпиона. Группу предупредили, что посмотреть, как идет дело, приедет сам Конон Молодый. Банионис потом признался, что все глаза проглядел: где настоящий разведчик, неужели не приехал? Спросил Савву, а тот и говорит: "Да вот же он! "

В сторонке стоял обыкновенный простой человек. Какой же он разведчик? После съемок Банионис сказал Молодому: "Вы совсем не похожи на разведчика! Извините, не признал вас". А тот только посмеялся: "Разведчик и не должен быть "похож". Иначе, какой от него прок! "

Кукольных дел мастер.

Не мое – рассказано знакомым таксистом, далее – от первого лица.

Тот день начинался вполне сносно – взял с утра пораньше уже второго пассажира. Первый — словоохотливый мужик — с извинениями расплатился за поездку двумя полтинниками и внушительной пачкой десяток – зарплату им, видишь ли, такими выдали.

В нашем маленьком городке жил парень, челюстно-лицевой хирург. Обычный парень, хороший врач. Вправлял перебитые носы и скреплял разбитые парнями в пьяных драках челюсти. Мог ловко и незаметно сшить губу разбитую, тонкое это искусство. Развлечений в городе было немного, а водку в городские магазинчики завозили регулярно, поэтому у этого врача всегда работы хватало. Обращался к нему и я, когда батя, обругавши мать, кинул в нее кастрюлю, а я встал на защиту. Кастрюля попала прямиком в переносицу. Нос мне вправили, о враче я вскоре забыл. Но вспомнил, когда в стране началась вся эта кампания против ЛГБТ.

Пошел в городке слух, что наш тихий одинокий врач – самый настоящий гей и есть. Только ленивый в его сторону не плевал, даже бывшие пациенты. Кричали на улице, один раз побили. Хулиганов не нашли, конечно. И врач этот уехал. Совсем. Поговаривали, что в большой мегаполис, говорили и о том, что он собрал хороший материал для какой-то диссертации. Вскоре его место занял какой-то фельдшер, ибо врачей узкой специализации в глубинке всегда была нехватка. Вот и вся история. И идет в нашем городке жизнь своим чередом. Только лиц каких-то перекошенных на улицах стало больше. Рож, короче, побитых и не полеченных как надо. И когда я встречаю их обладателей в магазинчиках, на рынках, то думаю – мы и правда наказали того парня, или он нас?