После самой страшной, голодной зимы 1941-1942 годов в Ленинграде не осталось кошек. Почему — не стоит объяснять, и так всё понятно. Редкие животные, которых удалось сохранить хозяевам, вроде кота Максима семьи Вологдиных, стали легендарными, на них приходили посмотреть, как на диковинку.

Город заполонили крысы, неизменные спутники войны. Они пожирали всё, что могли: пробирались на продовольственные склады, объедали неубранные трупы на улицах, нападали на слабых, детей и стариков. Крысы — переносчики более двадцати смертельных болезней. Ленинград стоял на пороге эпидемиологического коллапса...

Как только блокада была прорвана, стало возможным решить эту острейшую проблему. Исполком Ленсовета принял решение доставить из Ярославля в Ленинград четыре вагона дымчатых кошек. Не всякая кошка может справиться с крысой, а ярославские коты были известны как крысоловы. И котов привезли. Их сразу распределили по продуктовым складам, предприятиям общественного питания, часть раздали ленинградцам, а часть — просто выпустили на улицы. Вот им-то и предстояло вступить в борьбу с полчищами крыс. Не все коты дожили до Победы, но свою задачу они выполнили: часть крыс была истреблена, остальные ушли. Город был спасён от эпидемий. Поэтому помните, подкармливая бродячего кота, вы отдаёте дань благодарности потомку тех самых ярославских котов, героических защитников нашего города.

Насколько смертоносна медицина, становится очевидным, когда происходят забастовки врачей. Когда в 1976 году в столице Колумбии, Боготе, все врачи, за исключением врачей скорой помощи, исчезли со своих рабочих мест на 52 дня, уровень смертности упал на 35 процентов. Представитель Национальной ассоциации похоронных

Почти каждый родитель испытывал чувство стыда, когда его трёхлетнее чадо устраивало истерику в магазине игрушек. "Хочууууу! " — ревёт, подобно бизону, ребёнок, и его ничем не унять. Ни угрозы, ни демонстрация кулака, ни попытка ухода и обещание оставить крикуна с "чужими тётями и дядями" — не помогают. А, главное, окружающие,

Проходил на днях через один из многочисленных небольших дворов нашего городка и стал очевидцем интересной картины. Выходит паренёк на вид лет 16-18 из-за угла дома с пакетом чего-то там и вдруг резко останавливается. После секундной паузы выдает изумленное: "Папа?! "На другом конце двора из подъезда вышла пара средних лет, мужчина также притормозил и вглядываясь в кричащего, произносит не громко, но слышно (акустика двора позволяет): "Сынок?!". Бросает ручную кладь и быстро движется в направлении парня, тот делает тоже самое, периодически выкрикивая "Папка" и "Сынок", соответственно. Встречаются примерно в середине двора и горячо обнимаются. Я обомлел, но обратил внимание на женщину, сопровождавшую отца, она заливалась смехом, едва не задыхаясь. После нескольких секунд этой мыльной оперы уже отец и сын начинают смеяться в голос. А мать семейства, проходившая в тот момент уже около меня, отдышавшись, объяснила: "Вот так и живем: два придурка, сын 5 минут назад за хлебом вышел".

Есть у меня знакомый, живущий в США. Работает в Вашингтоне, живет в городке неподалеку. Как раз в самый разгар страстий по вашингтонском снайперу он перестал отвечать на мыло. Я забеспокоился. Вскоре он ответил. Он действительно пострадал из-за вашигтонского снайпера, правда косвенно.

Ездит он на белом минивэне, который по описанию использует снайпер. И его стали останавливать почти по десять раз на дню, с полным обыском машины. Ему это надоело (два раза на работу опаздывал), и он решил пока ездить на машине жены. Поставил минивэн в гараж, и на следующий день поехал на работе на обыкновенной старенькой Тойоте темного цвета. Во время обеда его арестовали. Причем на него настучали и соседи (там где он жил) и коллеги по работе. Текст доносов был одинаков "Мистер Х. всегда ездил на белом минивэне, а тут почему-то поменял машину".

Вот так хотел меньше проблем иметь. Потом правда отпустили.