|
Был у моих друзей соученик — скромный мальчик из простой еврейской семьи Боря Гофман. Жил он в общаге и как-то на кухне за приготовлением яичницы познакомился с американской стажеркой. Стажерка на Борину хозяйственность запала и, долго ли — коротко ли, но сыграли они свадьбу. Далее, Боря, конечно же, предпочел отбыть на историческую родину супруги - то есть в Штаты. Правда жить им пришлось в резервации, поскольку жена оказалась дочерью индейца. Но Боря, как представитель не менее угнетаемой нации, в этом большой беды не видел.
Вот тут-то и начинается самое интересное. У супруги умирает отец. Который был, ни много ни мало, вождем племени. Тут-то и выяснилось, что, согласно обычаям, если умерший вождь не оставил потомства мужеско полу (а в данном случае так оно и было), то титул вождя передается мужу старшей дочери. Вот так простой московский еврей Боря Гофман стал вождем индейского племени. И даже выступал, периодически, в конгрессе, заявляя "Мой народ обижают" (имея в ввиду, конечно же, индейцев). |
| 10 Oct 2006 |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
История не смешная, но забавная.
Мой 14-летний сынишка играет в одном ВИА, состоящем из таких же как и он сам подростков-одноклассников. Недавно их пригласили поиграть на деревенском празднике. Т. к. туристский сезон в разгаре, то к обычному фан-клубу "родители-друзья-соседи" присоединились многие отдыхающие.
Слушателей собралось достачно много. Играют детки неплохо, громко и слаженно, а в пабе напротив — пиво в неограниченном количестве. Народ отдыхает, развлекается и танцует. Атмосфера почти как на настоящем рок-концерте. Погода хорошая и концерт затянулся. После очередного вызова на БИС длинноволосый солист этого ВИА обратился к маме, не подумав что перед ним микрофон:
— Мама, можно я еще одну песню сыграю?
Хоть и "крутые" они рокеры, а все же (почти) дети
В 1865 году работники табачной фабрики в Гаване нашли способ поддержать умственную активность в течение долгих часов рутинного физического труда. Они ввели должность лектора (или чтеца), которому сами платили за то, что он читал вслух для всех тружеников цеха.
Как правило, рабочие фабрики избирали комитет, который проводил кастинги для лекторов, и платили взносы, чтобы обеспечить зарплату чтецу. Лектором выбирали кандидата с отличной дикцией и навыками ораторства.
Чтец сидел или стоял на возвышенности и читал из источников, которые отбирали сами работники: от кубинских и американских газет до классической литературы.
Если чтение воспринималось с особенным удовольствием, работники постукивали ногами по разделочным доскам, что заменяло аплодисменты.
В США так же была распространена подобная практика, но среди материалов для чтения часто оказывалась социалистическая или левая литература, что вызывало трения с владельцами фабрик, которые совсем не были заинтересованы в том, чтобы их сотрудники задумывались о классовой борьбе и экономической справедливости.
Если лектор читал материал, признанный владельцем излишне радикальным, его выгоняли. Но тогда рабочие реагировали забастовками или простоями.
Как я брал ипотеку.
Страна должна знать своих "героев". Это я про сотрудников Сбербанка в городе Асбесте Свердловской области.
Когда в середине января (это важно), нас попросили освободить уже вторую съёмную кватиру (на руках ясельный ребёнок), на семейном совете решили покупать своё жильё. Как раз начинали
"Купи двух, третьего подарю" — гласила табличка на рынке около одного из продавцов рыбы. Заинтересовался, подошел — продавались килограммовые свежие судачки, цена 180 рублей за килограмм, не далеко, метрах в десяти, такой же судак по 120 рублей, но к первому продавцу была очередь и все брали по две рыбины на два кило, радостно получая такую же третью "халявную", а ко второму продавецу покупатели подходили редко, но были — некоторых пугала высокая цена у первого продавца.
Понаблюдал дальше - торговля шла бойко, оказалось, второй продавец успевал незаметно переносить рыбу первому, на пару работают, понял я. Покупатели, любители "халявы", были довольны — и покупатели, любители низких цен, тоже. Подошел и сказал второму продавцу, что я разгадал их трюк. Тот не стал отпираться: "Понимаешь, мужик, когда оба стоим с судаком по 120 рублей — почти никто его не берет, то они им костлявые, то мелкие, а нам же быстрее продать надо, ехать домой так далеко! Давай я тебе по сотке отпущу! "