Я уже тут пару раз делился интересными фактами о жизни русской деревни XIX века, почёрпнутыми из "Писем из деревни" Александра Николаевича Энгельгардта.

Но не могу удержаться, расскажу ещё о совершенно потрясающем отношении к женским финансам в те времена.

Что такое крестьянская баба в русской деревне? Думаю, вы не знаете.

А Энгельгардт знал.

"Работа была исполнена, но во всё время работы бабы ругались немилосердно — как умеют ругаться только бабы — всё кляли мужиков, зачем те взяли эту работу: "вот, взяли работу, чтобы им, чертям, пусто было", "работай теперь на них, чтоб им животы выело", и т. д. и т. д. , безостановочно, целые дни.

Мужики отшучивались: "не на нас работаешь, а на свою кишку — ведь жрала зимой хлеб". "Да, жрала, — ворчит баба, — чтоб тебе этот хлеб поперёк горла стал — сами пьянствуете, а тут убивайся". "Ну, ну, работай, — возражает мужик, — знаю я тебя — тебе бы только сидеть да хлеб на г… перегонять, ленива дюже".

И на работе, и идучи с работы, и дома бабы без умолку точили мужчин. Те отбивались, отшучивались, однако же бабы пересилили, во всех делах, где задет бабий интерес, бабы всегда осиливают мужиков, и тот, кто заводит какое-нибудь новое дело, чтобы иметь успех, должен прежде всего обратить внимание, насколько будут задеты бабьи интересы в этом деле, потому что вся сила в бабах, что и понятно для каждого, кто, зная положение бабы в деревне, примет во внимание, что 1) баба не платит податей и 2) что бабу нельзя пороть. Оно, правда, и мужика нельзя выпороть без суда, но ведь устроить суд ничего не стоит".

Эта цитата кончилась, но интересные факты не заканчиваются, из наблюдений Александра Николаевича следует: всё, что баба зимою заработает на стороне, поступает в её собственность. Мужчина ничего не даёт бабе на покупку одежды, баба одевается на свой счёт, мало того, баба должна одевать своего мужа и детей. Волна и лён достаются бабе в сыром, неотделанном виде. Баба должна расчесать волну, вытрепать и вычесать лён, прясть и выткать полотно, сукно, материю для юбок. Баба должна одеть мужика, то есть приготовить ему рубашки и портки, должна одеть себя и детей, а всё, что у неё останется — деньги, вырученные от продажи сческа, лишние полотна, намётки и пр. , — составляет её неотъемлемую собственность, на которую муж не имеет права.

Точно такую же собственность бабы составляет всё то, что она принесла с собою, выходя замуж, что собрала во время свадьбы, все те копейки, которые заработала, собирая ягоды и грибы летом и пр.

Энгельгардт пишет: "Баба всегда падка и жадна на деньги, она всегда дорожит деньгами, всегда стремится их заработать. Между мужиками ещё встречаются такие, которые работают только тогда, когда нет хлеба, а есть хлеб, проводят время в праздности, слоняясь из угла в угол, между бабами — никогда. Баба подвижна, охотно идёт на работу, если видит себе в том пользу, потому что у бабы нет конца желаниям, и, как бы ни был богат двор, как бы ни была богата баба, она не откажется от нескольких копеек, которые достаются на её долю, когда дарят на свадьбе игрицам, величающим молодых и гостей. Баба всегда копит, уже маленькой девочкой она бегает за ягодами и грибами, если есть кому продать их, и копит вырученные деньги на наряды — на платки, крали. Вырастая, она копит на приданое, и деньги, и полотна, и намётки, и вышиванья. Выйдя замуж, баба копит на одежду себе, детям, мужу. Замечательно, что баба считает себя обязанною одевать мужа и мыть ему белье только до тех пор, пока он с нею живёт. Pаз муж изменил ей, сошёлся с другою, первое, что баба делает, это отказывается одевать его: "живёшь с ней, пусть она тебя и одевает, а я себе найду". Угроза эта обыкновенно действует очень сильно.

Под старость баба копит себе на случай смерти: на гроб, на покров, на помин души. В дворе нет денег для уплаты повинностей, нет хлеба, а у бабы есть и деньги, и холсты, и наряды, но все это — её собственность, до которой хозяин не смеет дотронуться. Хозяин должен достать и денег, и хлеба, откуда хочет, а бабьего добра не смей трогать. Бабий сундук — это её неприкосновенная собственность, и если муж, возьмёт что-нибудь из сундука, то это будет воровство, за которое накажет и суд"

Вот так вот. А вы говорите: феминистки в Европе…

Вчера встретились с одним другом, зашли в кафе по 50 грамм лимонаду выпить. Навстречу нам выходили две довольно бодрые бабульки лет под 60. Друг показывает на одну и говорит: "Это моя бывшая учительница. Она... дцать лет назад у нас физкультуру вела. "Далее с его слов.

Иду я в уличный туалет, за школой, смотрю, на спортплощадке физкультурница разминкой занимается. Раз — на турник подпрыгнула, зацепилась коленями и висит вниз головой. Пробыл я в сортире минут семь, выхожу, а она ещё висит. Ну, думаю, сильна, я бы больше двух минут не выдержал. После звонка, ещё через 10-15 минут, иду туда же перекурить, глядь — а она всё висит! Покурил, вышел, она там же! Я её даже зауважал — какая физическая подготовка! Ну что, пошел на уроки. А на второй день через приоткрытую дверь учительской слышу как физкультурница рассказывает биологичке: "... повиснуть-то повисла, а через минуту хочу слезть с турника, тянусь к перекладине, и не достаю, сил не хватает. Так и висела полчаса, уже колени разгибались, чуть на бетон не навернулась. Хорошо, трудовик проходил, снял. А до него какая-то сволочь туда-сюда шастала, и хоть бы что. .. "

А разминки на свежем воздухе она после этого прекратила.

Коpоче зашли мы с дpуганом ко мне после школы, взяли деpевянные мечи и пошли pубиться ко мне во двоp. Hу pубимся мы значит и вдpуг видим как к нам идет милиционеp с pацией. Я думаю типа все, попали. А он подходит, кладет pацию в каpман и говоpит:

— Здpавствуйте! Дайте пожалуйста меч.

Hу мы с дpугом поpтягиваем ему мечи pастpоеные тем, что их сейчас конфискуют и все! А он (милиционеp) встает в стойку начинает кpутить меч, делает бабочку и паpу выпадов и постепенно напpавляясь ко мне. Тут я понимаю в чем дело и мы начинаем pубиться. Пpохожие пpосто офигевают от этой сцены!

Особо хитромудрым удалось спастись в годы репрессий. Один деятель Коминтерна был уверен, что его заберут. Уже многие его коллеги исчезли. Он решил не ждать, что-то придумать. Перебрал все варианты. Самый надежный способ — это, конечно, бежать за границу. Но этот способ был и самый сложный. И он нашел способ. Он... спился. Вернее,

Приспичило мне в начале 2000-х купить первую машину. Выбор на тот момент не стоял – только УАЗ-буханка. Пошарился по объявлениям по Подмосковью – есть! В Тверской области, вроде как списанный из воинской части. Созвонился, вроде все устраивает. Договорился с товарищем съездить посмотреть. Через несколько дней поехали. Апрель, снег почти сошел,