Зубная быль

Моя история началась в командировке в тайгу между г. Томском и п. Асино. Строили мы там высоковольтную линию ЛЭП 220. Не очень суровую, но меня очень даже впечатляла. Я-то вовсю стремился на ЛЭП 500, чтобы побегать по проводам, как это показывали в фильме "Карьера Димы Горина".

Надо же такому случиться, прихватил меня зубной кризис как раз в начале командировки. На второй или третий день возник флюс, да еще какой, в пол-лица. Скорой помощи, как ты понимаешь, нет. Крайний случай, вызов вертолета, но это совсем уж крайний. Из-за таких мелочей, как зубки, никто даже не почешется.

Бригадир поутру скомандовал:

— Всем на объект, сегодня особая работа.

Особая работа заключалась в вытягивании линии электропередач на плановый провис.

Для тех, кто не в курсе. Сначала, при старте постройки ЛЭП, вырубается просека в тайге, и чем чище, тем лучше. Затем устанавливаются опоры для будущего благосостояния жителей, намеченных к жизни с "Лампочкой Ильича". Потом растягиваются провода для собственно линии. А уже следующим этапом они подвешиваются к опорам, на первый случай, на ролики. Ну, в заключении, провода натягиваются по этим самым роликам в соответствии нормам, утвержденным ГОСТом.

В общем, данный момент является наиболее ответственным.

Меня бригадир определил первым номером, т. е. на ближайшей опоре к трелевочнику, трактору, осуществлявшим так называемый натяг. Он прицеплял к себе край провода к фаркопу и тащил его до команды "хватит". А отрезок пути составлял около десяти опор, и на каждой находился работяга, следивший за нормальным ходом процесса натяжения. Так что мне приходилось не только контролировать свой участок, но и следить за визуальными сигналами своих коллег. Как ты понимаешь, рациями в те времена и не пахло, даже принюхиваться не стоило.

И вот, оглядываясь на своих коллег, я почувствовал странной рывок и покачивание своей опоры. Взглянул на свой участок. Так и есть, провод сошел с ролика и защемился между ним и траверсой. И моя опора потихоньку сходит со своего болотистого места. Я закричал и отчаянно зажестикулировал, надеясь на внимание бригадира, находящегося на трелевочнике.

Но куда там. Именно в этот момент трактор обходил очередное препятствие в виде глубокой промоины в просеке, и всем было просто не до меня.

В общем, опора рухнула. И я, конечно, вместе с ней. Но что интересно.

Сколько нас не долбили инструктажами по технике безопасности, тем более при работе на высоте, мало кто соблюдал ее. У меня в то время был друг, Юрка, парень уже после армии. Так он вообще не использовал пояс для страховки, и меня к этому приучил.

Я до сих пор вспоминаю, как мы дружно и со вкусом распевали песни Высоцкого, находясь на высоте шестиэтажного дома, без страховки и поясов. Главное – друг рядам, и больше ничего не нужно. Он еще использовал высоковольтный провод, как турник, и выделывал на ней всевозможные гимнастический упражнения. Нас так и называли: "Юрок и щурок".

Собственно быль

В общем, я был не пристегнутый. Как умудрился переместиться на безопасную сторону и совершить прыжок в сторону от падающей опоры – я не знаю.

И все бы ничего. Перекувыркнулся несколько раз через голову по торфяной подстилке, но в конце не повезло: приложился-таки затылком к не выкорчеванновому пеньку.

Дальнейшее помню смутно. Какой-то гомон, лица бригадира, коллег и почему-то Чапы (он-то откуда взялся?).

Как мне позже рассказали, он всегда был рядом с нашей бригадой из-за своей стариковской обязательности проследить, чтобы работяги не нанесли какой бы то ни было урон тайге-матушке.

Он сразу отмел распоряжение бригадира об эвакуации меня в основную лагерную стоянку (по просеке и на ваших-то машинах не довезете, давайте-ка его на телегу и ко мне на заимку, отхожу как-нибудь).

Окончательно я очнулся уже там, на заимке. Почему-то мне показалось, что я дома, хотя уже с год как покинул его. Так уютно и спокойно я давно себя не чувствовал.

— А.. , очухался? Давай-ка попей настоечку, да и я с тобой хряпну. А то давненько у меня гостей не было, – и дед влил в меня стаканяку терпко пахнущего снадобья.

Дальше не помню, провалился в сон.

Вечером проснулся, услышав ворчание Чапы:

— Эк тебя разбарабанило, я уж подумал, что это ты так к пеньку приложился. А это просто зубки. Ну ничего, поправимо. Сейчас я тебе травки соберу, правда их надо в ночь подбирать, но ничего, это мне не первой. Ты не вставай, тебе покой – первое дело.

Помню, ночью, он растолкал меня и заставил что-то съесть и прополоскать рот какой-то гадостью (лучшего слова не подберу).

А наутро я проснулся с мыслью, что пора на работу. Честное слово, в моем возрасте и такие мысли? Энергия била через край. Я собрался уже спрыгнуть с лежанки, но суровый окрик Чапы меня остановил:

— Куда, шельмец? Еще рано бегать. Ты лучше потихоньку вставай и вот давай-ка еще прополощи рот настойкой.

Я взял кружку из его рук и вышел наружу. Первое же прополаскивание обнаружило, что мне что-то мешает, и выплюнув терпкую жидкость, я с удивлением увидел у своих ног что-то постороннее. Подняв это нечто с земли, увидел свой зуб, изрядно подпорченный тяготами своей службы по борьбе с перемалываемой повседневной вкуснятиной.

Я потрогал свою щеку. Флюса-то нет! На всех парусах ворвался на заимку:

— Чапа, у меня флюс выпал!

— Не флюс, а зуб. Ты как думал, зря что ли я по тайге ночью бродил?

Ближе к обеду нарисовался Михалыч, бригадир.

— Еще денек пусть отдохнет, оклемается, — выпроводил его Чапа, — Заберешь его завтра.

Ближе к вечеру, прогулявшись с Волком (так звали Чапиного пса, кстати удивительно похожего на хищника), мы были приглашены на ужин:

— Картошечка закончилась, не обессудь, но грибочки, я надеюсь, в самый раз будут, — и поставил на стол сковороду с аппетитно попахивающей снедью.

— А настоечка? Та, что была вчера?

— Алкаш, — рассмеялся Чапа, — ну давай, уговорил.

Наутро снова приехал Михалыч и увез меня из сказки в быль.

— Только ты его не пускай на высоту денька три, — напутствовал нас Чапа, — рановато ему, пусть отдохнет.

— Да у меня он до конца вахты под землей работать будет, не переживай, дед. И спасибо тебе от всех нас.

1987, я только после армии (вообще-то стройбата), поступаю на юрфак КГУ, селюсь в общагу — в комнате сержант милиции. Предложил он забавную схему по обретению мяса. В то время воровали прилично везде, в том числе и на Красноярском мясокомбинате. Старались предотвратить: заборы с колючей проволокой, охрана — фактически граница.: ) Но рабочие делали вот что: упаковывали мясо и перебрасывали через забор, а кто-то свой подбирал его (комбинат на окраине, за забором пустошь, а потом лесок). Так что мы делали: затаившись в леске, ждали когда очередная переброска состоится и при виде человека, подбиравшего мясо, выходили — он в форме, я с повязкой дружинника. "Постойте, гражданин" — человек бросал мясо и сваливал. Мясо мы забирали себе и возвращались в общагу. Всё лето мяса было нереально много.: )

Назло недругам и завистникам!

Выросла я в немецкой стране, с немецкими законами и порядком. Русский мой с улицы, из книжек и телевизера. Так что не обессудьте...

У меня есть дом, высокооплачиваемая работа и должность, двое детей, любимый муж, ну и впридачу собака с причудами, о которой я уже рассказывала. Так вот о доме... , напыщенности,

Знакомый рассказал, как получал гринкарту жене. Когда познакомились, он давно жил в США, а она там училась. Чтобы поменять ее студенческую визу на постоянную, надо было пройти собеседование в иммиграционном отделе. Супругов допрашивают порознь, задают каверзные вопросы друг о друге и сверяют ответы, чтобы выявить и отсеять

Тьма наступает

Что такое конец света? Это отключение электричества в отдельно взятом американском квартале. Теперь я это знаю точно. А было это так...

Приехали ко мне гости. Обычные такие гости, отечественные. И с ними – девочка-американка. Сестра одного из моих друзей. Взрослая уже в принципе, но это, как оказалось, только с