Не помню на кого из судовых офицеров была возложена обязанность инструктировать экипаж по правилам Технической Безопасности – не суть.
Суть в том, что время от времени такие инструктажи проводились. Это происходило примерно так.
Нас собирали в столовой команды, и рассказывали содержание очередной радиограммы-страшилки пришедшей, наверно, из порта приписки или ММФ(министерство морского флота). Из того что я примерно запомнил:
При швартовке лагом пассажирского теплохода в порту Находка, были нарушены правила ТБ.
Береговая швартовая команда оказалась внутри угла и на линии натяжения швартового троса. В результате разрушения причального устройства (кнехта) четверым матросам снесло головы по самые плечи, а пятому только наполовину.
Чуть позже этих новостей – отшвартовка совсем другого крупного судна.
Океанский буксир должен оттянуть от причальной стенки здоровенный теплоход. На палубе швартовая команда, боцман с плотником руководят матросами. Молодой матрос принимает (вытягивает) буксир, (толстенный синтетический трос) заводит его через клюз (окаймленное отверстие в фальшборте судна) и должен по команде закрепить его на кнехте.
Услышав команду "крепи", матрос с непривычки стушевался, и вместо того чтобы накинуть петлю троса (огон) на кнехт, обматывает швартов вокруг себя и крепко упирается ногою в фальшборт:
– Готово! – кричит.
Боцман стоял неподалеку, и не позволил буксиру вытянуть своего молодого матроса через маленькое отверстие в борту. Он отвесил ему такую оплеуху, что когда матрос очухался, и через несколько дней вышел на вахту, поделился своими ощущениями с коллегами:
— Лучше бы мне голову тросом снесло. По самые плечи!
* * *
Цифровая реальность и карьера провинциала.
Историю эту рассказали коллеги одного из самых молодых генералов МВД. К слову сказать, он не только самый, наверное, молодой, но и из самых дальних краев нашей необъятной страны, сделал карьеру из простого участкового в начальники управлений столичного министерства. На вопрос коллег,
как он оказался в участковых в таком дальнем Зажопинском участке, наш герой предпочитает не говорить. Его право. Но про своих первых подопечных может рассказывать часами. Народ был откровенно маргинальный: бичи, поселенцы, алкашня, шизики, хиппи и прочий сброд. С работой тяжело. Воровство страшное. Но тяжелых преступлений против личности фактически не было. Будучи в поселке человеком новым, участковый, одевшись попроще, после каждого очередного грабежа выходил на рынок соседнего городка. И не было случая, чтобы на рынке он не находил краденое барахло. Став узнаваемым, он нанял за свои деньги бабок- старожилок, которые годами торгуют своим поношенным барахлом. Единственным их бизнесом были "премии" от участкового за каждый найденный утюг или кастрюли, торгуемые воришками на этом базарчике. Почти 100% раскрываемость на участке подкинула нашего героя карьерно уже в райцентр. Заодно наш герой стал студентом-заочником одного московского ВУЗа по специальности управления базами данных. Это были времена, когда компьютеры уже появились, но в провинции они использовались лишь, как пишущие машинки и игрушки. Картотеки и архивы были еще бумажными и в виде карточек. Даже в Москве. А наш герой в Зажопинском райотделе на софте, купленном у местных фанатов игр, который те привозили с московской горбушки, начал городить на языке SQL базы данных, что на местном уровне стало выглядеть, как фантастическое будущее. После первой же презентации на областном совещании героя переводят в область и дают в подчинение уже группу пиджаков, которые за полгода вбивают в базу всю областную шантрапу, кооператоров, придурков психбольниц и пр. Скачок раскрываемости преступлений по области, включая поимку маньяков и серийников сделал начальника областного управления МВД полковником столичного главка, куда он перетащил и нашего героя. А он так и продолжал свои заочные освоения компьютерных систем. Тут уже появился ORACLE и первым, кто влез на это поле осмысленно, и был наш герой. У него уже был отдел в НИИ, красивая форма, квартирка в пригороде, когда началась война на южных берегах. Еще не время, но одним из первых, кто стал анализировать интернет-трафик околотеррористической публики и стал наш герой. Много жизней он спас в невзорванных машинах и подъездах наших городов. И звездочки его заслужены абсолютно честно. И когда очередная столичная тетка с кульками выступает в метро на понаехавших тут, я почему-то обязательно вспоминаю нашего героя и говорю — спасибо, что вы к нам понаехали.
Побольше бы таких "участковых" — с головой и совестью. * * *
Жил у меня хомяк.
Зачем я купил эту тварь — хрен его знает. Наверно потому что жена сказала что-то в духе: "Ути-пути какой миленький. Давай купим. Совсем ведь не дорого. "Хомяк действительно был не дорогой — всего 70 рублей. Но к хомяку в нагрузку продавалась клетка, кормушка, поилка, домик, колесико, опилки, орешки... Стартовый набор всего
на 800 рублей. Плюс регулярная покупка расходников — опилок и жрачки.
Тварь оказалась крайне недружелюбной. Все попытки наладить какой-то контакт на уровне человек-хомяк, я тебя кормлю, ты меня любишь — провалились. Хомяки действительно никого не любят.
Тварь оказалась на редкость тупой и бесстрашной. По началу, не зная этих его свойств, мы пытались выпускать его из клетки "погулять". Хомяк забирался как можно выше, например мне на плечо. И от туда отважно прыгал в пропасть, например на кафельный пол.
Тварь оказалась на редкость живучей. Он не только не разбился, но прожил почти три года, хотя продавец в зоомагазине клялся, что больше двух лет эти хомяки не живут.
Тварь оказалась на редкость упорным спортсменом-любителем. Первые года полтора его жизни каждую ночь повторялась одна и та же спортивная программа: хомяк по стенке клетки залезал на самый верх, по потолку на одних передних лапах перебирался спиной вперед к противоположной стенке, пытался перехватиться, но у него это ни разу не получилось, и он падал. Падал громко. С басистым звуком "бу-бум". А мы были вынуждены засыпать под бесконечный повтор: "Топ-топ-топ-топ-топ, бу-бум! Топ-топ-топ-топ-топ, бу-бум!.. "
Тварь была на редкость запасливой. Не смотря на то, что орешки-семечки у него в кормушке никогда не заканчивались, каждый раз при генеральной уборке его жилища, мы обнаруживали, что его домик чуть более чем на половину забит запасами орехов. Мы шутили, что в голодный год эти запасы не дадут нам умереть.
Тварь была на редкость жадной. Во время уборки в клетке он истерически визжал и пытался нас прогнать. В его гневном писке так и слышалось: "Куда, суки, все непосильным трудом нажитое потащили?! Это мои орехи! "
Умер хомяк, как настоящий хомяк — лежа мордой в своей миске. Ночью, тихо, спокойно, никого не потревожив.
Я, на тот момент 35-летний мужик, плакал, как маленький ребенок.
* * *
Медицинский университет... Занятие на одной из клинических кафедр у стоматологов. Большинство тему узнали только на занятии, скука смертная.
В аудиторию после 30-минутного перерыва заходит препод (П) — добрый и очень умный дядька с отпадным чувством юмора. Смотрит на одну из девчонок в группе (назовем ее М.), та просекает это и начинает просматривать тему в книге, ожидая то, что он ее сейчас опросит с пристрастием по теме. Между ними завязывается такой диалог:
П: — М. , значит так, ответь мне на такой вопрос...
М. (в напряжении)
П: — Если мужчина говорит женщине, что ему нравится запах ее волос, это комплимент или домогательство?
М (жеманно): — Комплимент...
П: — А если он карлик?
Вся группа еще минут 5 не могла прийти в себя от хохота.
* * *
А ведь у меня тоже была черепаха. Году в семидесятом наверно. Нашлась на улице. Красивая, блестящий глянцевый панцирь. Узор божественный.
Притаранил на пятый этаж к себе. Родители поначалу были против. Они прошлого ёжика ещё не забыли, который всю ночь когтями по полу цокал и шели рыть пытался. А под утро делал гнездо из тряпок, какие где находил.
Но опасения не оправдались. Черепаха оказалась спокойным стоиком.
Забиралась в углы и становилась на задние лапы. Как Жу-жу только спиной в угол. Закатывала глаза и так стояла часами. Тогда полез я в шеститомник "Жизнь животных". Оказалось, что черепаха Европейская (само собой. Чать, Украина не в Азии), но болотная. Водяная, в общем. Хотели её в ближний ставок выпустить. Но он тогда зимами замерзал. Понесли её в зоопарк сдавать. Из угла еле выколупали и понесли. Это и не зоопарк был, а так, зооуголок в детском парке. Но со львами, медведями, верблюдами и озером.
Если кто вам скажет про черепашью медлительность, плюньте ему в глаза!
Метров за десять до озера, ещё до оградки, эта стоическая тварь стала махать всеми четырьмя крыльями. Выпусти — полетит. Правда, жарка тогда было. За сорок. Крым. До оградки решили не выпускать. За оградкой, по команде сотрудника. На старт целая толпа собралась смотреть. Наверно ставки делали, полетит — не полетит. Короче. Борзов бы её не догнал. От того места, где она в воду вошла, микроцунами до противоположного берега докатилась и уток распугала.
Ждали-ждали, пока она выдохнуть всплывёт. Не всплыла. Наверно где-то у камешка на дне на задних лапах стояла.
А мы ещё и разрешение выбили стоика бесплатно проведать через пару дней.
Каникулы ведь. Только их там штук десять оказалось. Нашу в лицо не распознали...
Ost
Истории о армии ещё..
