Несколько лет назад я переоценил полный привод на своей машине и сел в сугробе на пузо. И это был не кювет. На заснеженной, и казалось бы, ровной поляне, где решил срезать крюк, оказалась впадина. Неглубокая, но достаточная для моего клиренса. И заканчивалась она всего-то метрах в пяти-шести...

Колеса безуспешно скребли. Мотор взвывал. Сидевшая рядом жена быстро обрадовалась поводу тут же выложить свои соображения. Как о моих туристических способностях, так и своей ошибке с замужеством. Ведь мама говорила!

А случилось это в Канаде. Маскокский район. Километров 200 от Торонто. Совсем рядом проходила дорога, и надо отдать должное, пара легковушек останавливались, чтобы помочь, но безуспешно. Индусо-китайцы имитировали помощь прикладыванием ладошек, моментально замерзали, и скоренько сматывались.

И вдруг, откуда ни возьмись, неспешно подкатил огромный грейдер. Он чистил снег, увидел нас. Как же я обрадовался!

По лесенке спустился пожилой водила с добрым лицом. Белый рэднэк. Соль земли онтарийской. Оглядел нас, и запросил 400 долларов за вытащить. Нихренасе! Обычно я не склонен к ярлыкам. Возможно, дядечка безвозмездно помог бы. Но только своему. Я же не носил куртку в красную клетку, да и говорил с акцентом. То есть идея ободрать неближнего в безвыходной ситуации отлично укладывалось в его этику.

Я попытался торговаться, сказав, что за 10 минут работы — это слишком много. Сто баксов максимум (это его зарплата за 3 часа, если что). Но вымогатель только усмехнулся. И так же невозмутимо полез к себе в кабину. Но никуда не уехал, хлебал что-то из термоса, слушал радио. На свою прямую работу, похоже, забил. Когда встречал меня взглядом, благожелательно улыбался. Похоже, был уверен, что еще через час сдерет с меня уже 500. А станет смеркаться — и поболе. Точь-в-точь гриф у дохнущей жертвы.

А я чегой-то разозлился. Да так, что вдруг вспомнил свои девяностые. Когда выживание на дорогах было ничуть не подвигом, а стандартной рутиной. Успокоился. Подспустил шины, для зацепа. Отбросил, сколько мог, снега, папкой для бумаг. Начал рыться в багажнике. Возле домкрата нашелся заводской рым-болт для буксировки. Достал свернутую в запаске веревку (которую параноидально возил лет 20, перекладывая при каждой продаже в новую машину). Удлинил ее ремнями из джинсов и такелажем для верхнего багажника. Получилась длинной, метров 15. Туго натянул этот фал от проушины к сосне прямо по курсу. Велел жене тихонько газовать на пониженной, а сам — стал рывками тянуть веревку за середину, перпендикулярно. Когда-то придуманный способ не подвел. Буквально трех рывков оказалось достаточно, чтобы машина стронулась, и выгребла из опасного места. Грейдерист, до этого благожелательно смотревший на мои экзерсисы, так удивился, что даже опять спустился из кабины.

И пожелал нам хорошего дня, когда мы проезжали мимо. Очень вежливый..

Наши коллеги из Моторолы рассказывали такую байку. Израиль. Пустыня над Мертвым морем. Тренировки ВВС. Чешет Ф16 на бреющем, на кочках прыгает. Подлетает к Мертвому морю... РЕСЕТ всей навигационной системы!!! А скорость — больше 400 км\час. Вздрючивают мотороллеров-разработчиков. Повторяют полет. РЕСЕТ!!! Повторяют весь цикл, включая операции над разработчиками, многократно. В летящем самолете отлаживать программу трудно. На земле все тесты проходят на УРА. Летчики, мягко говоря, не проявляют желания летать без бортового компьютера. Район Мертвого моря — стратегически важный, и Генштаб имеет всех во все дыры и даже проковыривает новые. Короче, ситуация — два туза на мизере.

В конце концов, один умник догадался. Высота Мертвого моря — МИНУС 500 метров. Полет бреющий. Так, когда этот пепелац пролетал через 0 высоты, бортовой компьютер по простому делал деление на 0, и рестарт аппаратуры, неизбежный, как мировая революция.

С тех пор этот случай — неизменная часть Моторольского курса по микроконтроллерам.

Сетевым троллям и хейтерам я обычно не отвечаю. Но однажды изменил своему правилу и решил немного пошалить. Мне захотелось экспериментально узнать, получится ли у меня отвечать провокатору лишь одними своими афоризмами. "Благо, — подумал я, — таковых около тысячи. Выкручусь".

Наше словесное фехтование мой оппонент начал стандартно и непритязательно:

Вредитель

— Никанорыч, куда это ты внука своего повел?

— На остановку. Пущай домой ехает, ну его!

— Так он ведь всего три дня как прибыл. Сам же радовался: на все лето, мол, помощничек пожаловал.

— Ага, помощничек! Велел я ему огород вскопать, все три сотки. Вон он лоб какой, даром что в шестом

Этот рыхлый чувачок был под два метра ростом, с пухлым, розовощеким лицом и не проходящей, детской улыбкой на нем.

Когда я устроился на работу в Стройтрест нашего городка (с призрачной целью быстрого получения квартиры) он уже был его главным энергетиком. В участке малой механизации его все знали еще со времен когда он числился электро-механиком,