Собака Лори была большой и толстой. А, главное, ленивой. Вся прогулка у Лори заключалась в тяжком заползании на газон, через бордюр, справлении нужд в сторонке и плюханье на травку, где она мирно посапывала часик, пока хозяйка читала книжку.

Никого эта картина не волновала, да даже если бы и волновала, Лори было на это насрать. И то чисто теоретически, ибо дела свои она уже сделала. Когда возникало новое тело и пыталось что-то рассказать хозяйке о недопустимости такого поведения, Лори поднимала голову и смотрела на тело, не скрывая своего презрения. И тело удалялось подобру- поздорову с приличной скоростью. Ибо Лори была бультерьером. Да-да, тем самым страшным, просто-таки монструозно ужасным бультерьером.

Её любили дети, вот хрен его знает почему. Может потому, что, когда ей чесали живот, она смешно похрюкивала и дёргала лапой, заставляя детей просто заливаться смехом. Всех соседских детей она знала, равно как знала и их родителей. Ни к одной малявке во дворе не мог подойти ни один посторонний дядя, будь он трижды в форме и пять раз в сутане. Лори поднимала голову и говорила басовитое: "Р-р-р!". Любое тело после этого скрывалось в тумане и пряталось там за лошадкой.

Периодически Лори водили на площадку, где она нехотя выполняла несколько упражнений, после чего разваливалась в тенёчке под лавкой и с презрением наблюдала за другими собаками, носящимися по площадке как ужаленные в пятую точку, и пытающимися (конечно же, нет) выполнить команды хозяина. Поход на площадку, которая находилась всего в каких-то метрах пятистах от дома, длился не менее часа. Ибо Лори не менее трёх раз садилась посередине дороги на [п]опу ровно и сообщала зевком, что далее она двигаться не намерена вообще, ни в какую сторону. Назад она двигалась куда охотнее. Ибо [п]опа этой строптивой собачьей дамы приближалась к асфальту не более двух раз и то для перекура. Во дворе её ждал любимый газон с одуванчиками, на котором она будет валяться ещё час.

Лори в районе знали если не все люди и собаки, то подавляющее большинство оных. Первых она игнорировала, вторых она презирала. И только к щенкам человека она относилась с трепетной и нежной любовью. Ну кто еще будет ей чесать пузо так, чтобы от счастья дёргалась задняя лапа?! Да, собственно, люди её сторонились, собаки обходили десятой дорогой, — а вы говорите: харизмы не существует. И только дети как пчелы на мёд липли к ней обниматься.

По этой причине шесть здоровых "дворянинов", выскочивших из кустов и подворотни, привели хозяйку в ступор. Она даже не обратила внимание, что эта свора охреневших в край диких "дворян", рванула не к ним с Лори, а к мальчику лет десяти, направлявшемуся как раз в ту самую подворотню. И если хозяйка находилась в прострации, то Лори это не касалось никоим боком — из положения "сидя на жопе ровно" она плавно как Т1000 перетекла в положение "торпеда в полёте". Не ощущая проблем, не видя препятствий, Лори ударом могучей хлеборезки, по странному стечению обстоятельств именуемой челюстью, перебила поводок. С грацией пикирующего сокола перемахнула две ограды газона. Первый "дворянин" был снесён широченной грудью Лори, пёршей на охреневших "дворян" с уверенностью, наглостью и скоростью "Титаника", несущегося за голубой лентой Атлантики. Только в отличие от этой дохлой шлюпки, айсберги, то есть, дворняги разлетались от форштевня Лори как мелкие брызги. Второй дворовый в один момент лишился уха, Лори прогрызла заднюю лапу третьему и, встав перед пацанёнком, вцепилась в загривок четвёртому. Не ожидавшие такого душевного гостеприимства, "дворяне" дали деру, оставив на поле боя только того, чей загривок попал в хлеборезку Лори.

Вой и вопли стояли такие, что из дома выскочило несколько мужиков — кто с лопатой, кто с топором. И тут бы Лори и конец, ибо этот, две секунды назад, "Восточный Экспресс", сидел на жопе ровно, рядом с пацанёнком, и ехидно улыбался во всю окровавленную харю, заставляя охреневать даже видавших виды мужиков. Но Лори повезло, пацан оказался не робкого десятка и он закрыл Лори собой. Тут уже подбежали хозяйка и мужичок из остановившейся машины. Пока парень объяснял соседям суть этого локального не совсем ледового, но побоища, подоспела и мать пацана. А Лори, так и сидевшую на жопе, отнесли в машину и отвезли в ближайшую ветеринарную клинику. Там, этот компактный локомотив обмыли-осмотрели -охренели, вогнали укол от бешенства и отпустили. На Лори не было ни царапины. В связи с отсутствием беспокойства за эту ленивую [п]опу Лори и её хозяйку отвезли домой, где собака по традиции тут же устроилась на любимом газоне, с трудом перевалив [п]опу через бордюр…

ПРИТЧА ПРО ОБИДУ

Когда-то давно в горах Тибета жил монах, который славился своей мудростью и невозмутимостью. Никто и никогда не мог вывести великого мудреца из себя.

Славный воитель того времени частенько слышал восхищенные отзывы о знаменитом монахе, которые ему прилично надоели.

“Не может быть, что человек никогда не сердится”,

Купила свою первую квартиру. Это студия на окраине. Ипотека. Кто узнаёт, как правило, морщится, мол, далеко до центра, в жопе мира, делать нечего там в твоём человейнике. Ещё и студия — не развернуться. Всех таких доброжелателей и ценителей хочу послать на х[рен].

Я из маленького села, из семьи алкашей. Росла в страшной нищете, единственная радость — местная библиотека. Я читала книги и мечтала, что у меня когда-нибудь будет свой чистый дом, туалет в доме, я буду жить в тепле, в безопасности, в спокойствии. Я уехала в город, поступила в универ, работала. Да, мне 32, это моя первая квартира. Но мне некому было помочь вообще! Ни одной живой души, всё сама. И когда я прихожу в свою крошку, в которой действительно мало места, я всё равно дико радуюсь, потому что это только моё! И я сама получила это. Не от родителей, не в наследство, не от мужика, а сама, с нуля. И я знаю, что, если захочу, у меня будет и больше. Но пока радуюсь тому, что есть. Не хочу, чтобы другие знали о моём прошлом. Но хочу, чтобы никто никого не трогал и не судил, тем более о финансовом благополучии и материальных вещах.

Сегодня знакомый аспирант из Китая рассказал, что многие годы его родители каждый вечер устраивают разборки — кто из них сегодня должен готовить ужин, и из чего. Но причина этих семейных междусобойчиков не в том, что вы подумали, а в том, что они... оба очень любят готовить!

Отношения с матерью натянутые, постоянная ругань и угрозы вышвырнуть меня из дома, написать заявление в полицию, сдать меня в сумасшедший дом. В детстве получал скакалкой за дело и без дела, чаще под настроение. Отец свалил давно, сказав напоследок: "Сука ненормальная". Я не бездельник, работа есть, на жизнь двоим хватает (мать пенсионерка), но снять сейчас квартиру объективно у меня не выйдет, друзей нет. Постоянно роется в моих вещах, перекладывает что-то, прячет. Когда надо что-то, делается хорошей-хорошей. Застал ее за протиранием пола в ванной моим полотенцем, однажды насыпала земли в мою постель. Жду, когда меня повысят и дадут зарплату выше, чтобы я мог свалить от этой ненормальной. Ненавижу отца за то, что не забрал меня двадцать лет назад. А главное, что для знакомых я такая же мразь, как мой папаша!