На дачу в Дубках прибился из лесу птенец Петька - то ли галчонок, то ли вороненок. Благодаря своим природным талантам и сообразительности, стал всеобщим любимцем и баловнем. К весне, подлечившись и взматерев — возглавил поселковую летающую банду.

Порядок в ней был жесткий, но справедливый. Все жилые дома были обложены налогом на кормежку, который собирался по четкому графику, без ошибок и беспредела.

Сосед, не согласный с таким порядком – и бросавшийся камнями в стаю -был примерно наказан. И вынужден съехать с дачи. Ибо разведчики мгновенно опознавали его везде и в любом виде — даже в шляпе с широкими полями и черных очках — и тут-же банда начинала потеху. Бомбардировка гуано, пикирование с долблением головы и рук, сбрасывание с высоты мусора и камней. Это кроме матерных слов и других выражений! Дорога к электричке для соседа уподобилась минному полю..

Петька прекрасно помнил всех жильцов небольшого поселка, а незнакомца ждала засада- перед ним на дорогу садилась большая черная красивая птица, и, строго глядя то одним, то другим глазом, спрашивала:

— Ты к кому?.

Удовлетворившись ответом, продолжала:

— Дай поесть!

— Ну пока!

Реакция приезжих бывала удивительна!!!

А потом Петька исчез, вместе со стаей. Эмигрировал. Встретите -привет ему!

В девятом классе был такой предмет, как география. Наша учительница, очень строгая на вид, никогда не повышала голоса. Если кто-то нарушал течение урока, то он вызывался к доске, где висела огромная карта мира. Ему предлагали показать указкой конкретные страны, континенты, острова и т. д. Континенты показывали, хотя неуверенно. Что касается стран, особенно, расположенных на островах, то никто толком их и не знал. Через эту пятиминутку позора у доски прошли почти все. Настал и мой черед. Был вызван к карте. Наверное, надо уточнить. С самого раннего детства читал Майн Рида, Жюль Верна и еще других популярных писателей. Мечтал стать путешественником. Часто по домашнему атласу искал места пребывания любимых героев книг. Показал все, что сказала учительница. Даже остров Цейлон. Немного задумавшись, она предложила показать Пелопонесский полуостров. У нас дома была неоднократно прочитанная мной книжка о героях древней Греции, которая расположена на этом полуострове. Показал. После этого сел на свое место. Она меня больше никогда не спрашивала. В четверти была пятерка. Когда говорят, что современные школьники, кроме своих гаджетов, ничего не хотят знать, это неправда. Просто исчезла литература для детей и юношества. А старую уже не найдешь.

Когда фамилия уже прославлена в музыке…

В период застоя и потом в перестройку многие советские композиторы писали свои популярные песни на стихи поэта-песенника Леонида Фадеева. С ним охотно работали такие мэтры музыкального цеха, как Никита Богословский, Давид Тухманов, Раймонд Паулс...

Особенно плодотворное сотрудничество у Фадеева

Работали мои знакомые в морге, куда "криминальные" трупы привозили. Находится сей морг через дорогу от Управления МВД по нашей области. И завелась у них когда-то давно такая "добрая" традиция, когда к ним приходил молодой следак по своему первому делу, устраивалась своеобразное посвящение. А теперь представьте картину, заходит молоденький

Колесо Жизни завершало свой очередной виток. Он это чувствовал — тяжёлое дыхание, полное отсутствие аппетита, слабые движения... Даже к лотку не мог подползти. Воду ему вливали в пасть. Столько заботы от тех, кому он всю жизнь дарил... заботы. Стащил курицу и схомячили на пару с его первой собакой. Сбил со стола телефон, потом планшет, ещё один телефон. А ноутбук сдёрнула вторая собака, хотя шишки, по привычке, полетели в него. А сколько кровавых царапин оставил — не счесть. Мышей не ловил, даже если проходила рядом — короли не работают. Единственные чувства, что мог себе позволить — это потереться о ноги по приходу с работы, да мурлыкнуть пару раз. Зная, что осталось ещё три дня, и радуга уже видна близко, всё это он рассказывал невесть откуда взявшемуся мелкому — росток с вершок, с больными глазами и вздутым от голода животом. Учил его как правильно провести с ними жизнь — мурлыкать почаще, царапать поменьше, изредка ловить мышей. Ибо, несмотря ни на что, его тут любили...