Свекровь — монстр?

Моё первое знакомство со свекровью закончилось очень быстро. После третьей рюмки чего то местного, сделанного из сливы. Штука оказалась заборной. Я долго пыталась остановить землю и сойти, а потом пояснить как я живу и чем занимаюсь. А утро порадовало стаканом холодной минералки на столе, сквозь который радугой преломлялся белый свет (Физику я не прогуливала, чо уж). Но только после жидкости, попавшей в мой как Сахара организьм, почему то начался дубль два, как в плохом американском фильме. Опять душа в рай, а ноги в милицию и малость "мы ее теряем" верещали мысли в голове. Я принюхалась к жидкости в стакане.

Вдруг враги народа, читай свекровь, решили дискредитировать русскую девицу в рассвете лет, чтоб узнать настоящее имя, фамилию, номер паспорта, на кого работаете, сколько платят и переписывайте уже завещание на меня. В стакане приятно пузырила в нос та самая минералка.

Странно, подумала я, щипая себя за ладонь. Не сплю, самогонку, каюсь, не впервые пробовала, а забрало, по рассказам очевидцев)), как от спирта.

— Милый, — звонок в Россию в 8 утра, -А ты не в курсе, чо енто у вас тут за местный алкоголь прилагается к хинкали? Может новые приправы?

— Выпила воды и по новой?

— Эммм... Так что это? И хватит улыбаться там, я всё вижу.

— Джипитаури это, — ржач в трубку, — не добродившая чача.

Так я сделала вывод, что свекровь меня любит и будем мы с её сыном жить долго и счастливо, но в другой стране.

А через полгода я соскучилась по метро, пирожинкам "Наполеон" и открытым ртам на мой акцент. Собрала котомку, денег, поцЫловала мужа в макушку и махнула вновь. В четыре утра на остановке города Д. та самая свекровь ждала меня уже часа как три на ноябрьском ветру, зажав в руках мобильный и провожая взглядами все маршрутки. И снова, чтоб никакой вражеский грузинский вирус не напал на мой "хиленький" организьм, была налита Джипитаури с перцем и выданы шерстяные носки.

Наступил новый год. Традиции традициями, а без елки никак. Не помог даже обещанный объявлением на магазине штраф в тысячу лари (20 000 руб на наши) за спиленную сосну, и 30 декабря в 21 нуль нуль свекровь отправилась добывать мохнатую ветку. Ну я леди не местная, если что бегать умеющая быстро и делающая при палеве огромные жалостливые глаза (да, да, кота в шреке я играла), была оставлена на балконе на стреме.

И представляете: Ночь... Снега нет. Но воздух такой морозный, что слышно как затягивается трубкой дед на балконе на три дома ниже и сплевывает слюну. Я в шерстяных носках, мужниной черной для конспирации кофте сижу в засаде на балконе первого этажа пятиэтажки и жду условного камушка от свекрови. И тут камень летит, я перегибаюсь через балкон, хватаю в темноте в меня тыкающуюся ветку сосны метра в два, затаскиваю со страху её чуть ли не со свекровью и захлопываю дверь на замок. Всё, хоть апокалипсис начнётся, а не докажите, что мы спилили, а не на дороге нашли новогодний атрибут, мохнатую лапу, колючие иголки.

Бой курантов в полночь и брызги шампанского на нашу "елку" запечатлелись на память предкам в формате джипиджи)). А вне "скрытой камеры" мы со свекровью зажигали петарды и выбрасывали в окно, пугая кошек, и не успевших прекратить пиликать сигнализацией машин.

Теперь мы со свекровью трепетно любим друг друга, верим в дружбу народов и всегда спорим, чья очередь мыть посуду, посматривая на свёкра. И ничего страшного, да? с того, что я половину не понимаю мне сказанного и всегда киваю, типа согласная? Зато мы в совершенстве умеем договариваться жестами, какие помидоры лучше взять на чахохбили и куда от свёкра запрятать три литра вина на очередной праздник, для сохранности)).

После самой страшной, голодной зимы 1941-1942 годов в Ленинграде не осталось кошек. Почему — не стоит объяснять, и так всё понятно. Редкие животные, которых удалось сохранить хозяевам, вроде кота Максима семьи Вологдиных, стали легендарными, на них приходили посмотреть, как на диковинку.

Город заполонили крысы, неизменные спутники войны. Они пожирали всё, что могли: пробирались на продовольственные склады, объедали неубранные трупы на улицах, нападали на слабых, детей и стариков. Крысы — переносчики более двадцати смертельных болезней. Ленинград стоял на пороге эпидемиологического коллапса...

Как только блокада была прорвана, стало возможным решить эту острейшую проблему. Исполком Ленсовета принял решение доставить из Ярославля в Ленинград четыре вагона дымчатых кошек. Не всякая кошка может справиться с крысой, а ярославские коты были известны как крысоловы. И котов привезли. Их сразу распределили по продуктовым складам, предприятиям общественного питания, часть раздали ленинградцам, а часть — просто выпустили на улицы. Вот им-то и предстояло вступить в борьбу с полчищами крыс. Не все коты дожили до Победы, но свою задачу они выполнили: часть крыс была истреблена, остальные ушли. Город был спасён от эпидемий. Поэтому помните, подкармливая бродячего кота, вы отдаёте дань благодарности потомку тех самых ярославских котов, героических защитников нашего города.

Всем доброго времени суток.

По стране прошёл слух, что продавцы квартир массово оспаривают сделки по продаже квартиры в судах. Мол, находился в тот момент под воздействием мошенников. Но предварительно (перед истребованием проданной квартиры обратно) успевают потратить все деньги от продажи квартиры. В итоге квартира возвращается продавцу

Время идет... Но еще живы мы – те, кто слышал рассказы своих бабушек, переживших войну.

Вот один из таких рассказов.

Поехали мы хлеб сдавать. Осенью было дело... Вернулись домой поздно. Подхожу к дому, слышу: плачут. Почуяло сердце беду. Родня, соседи — все плачут, причитают. Я без слов поняла: погиб мой. Но не хочу верить. Не могу!.. Тут протягивают мне извещение о его смерти. Взяла его в руки, ноги подкосились, упала. Когда пришла в себя, соседка и говорит: "Твой хоть успел перед смертью весточку послать. А мой без вести пропал... " — "Какую весточку? " — спрашиваю. Она мне дает письмо "Вместе с извещением пришло! Да теперь читай — не читай, его уже не воскресить! "Стала я читать письмо... И радость! Жив он!

Бабушка хранила это письмо, как святыню. Я читала его. В нем говорится, как в атаке погибла вся рота, где был и мой дед. А он, израненный, потерявший сознание, лежал до ночи, а потом, придя в себя, пополз в тыл и наткнулся на наших разведчиков, которые доставили его в медсанбат. Там он встретился со штабным писарем, который и сообщил ему, что уже посланы извещения о гибели всего личного состава роты. "Не верьте вести, — писал дедушка.

— Я жив, слышите, я жив! Это письмо я пишу после того, как послано извещение о моей гибели. Я жив! Я вернусь, обязательно вернусь... "

Когда мне было четыре года, у нас в доме случился пожар. Одно из первых детских воспоминаний: мама разбивает рукой окно и в панике уже готова выбросить меня на улицу, на снег, под осколки стекла и лопающегося шифера, но подальше от огня. И в этот момент чьи-то большие руки забирают меня и относят в машину, где безопасно и тепло. Мужчина ехал по своим делам в другой город, за одним из поворотов увидел зарево пожара и не смог проехать мимо. Он спас не только меня, но и всю мою семью, помог убрать от огня баллон с газом, отвязал пса, да и много чего ещё сделал, отвёз нас к родственникам...

В этом году я закончила с отличием школу, поступаю в университет, у меня дружная и живая (!) семья, всё хорошо... Но если бы тот Герой, даже имени которого я не знаю, в далёком 2002 году не ехал глубокой ночью по трассе, с утра на пепелище нашли бы четыре трупа.