Случилось это много лет назад, но помню почему-то... Во времена моей учёбы в ВУЗе многие немажорные студенты летом работали в стройотрядах, кто-то ради отметки о практике, кто-то (как я) от нужды. И очень любила всевозможная идейная перхоть (работнички райкомов, комсорги и пр.) наезжать на стройучастки и, с огоньком лютой справедливости в глазах, е... ть мозги полуголодным бойцам стройотрядов. А мы тогда строили дамбу какому-то колхозу в области (до сих пор стоит!). Ну, обеденный перерыв, мы в вагончике жуём какие-то куски, тёплое пиво в 3-хлитровой банке, бойцы взопревшие и уставшие — бетонные работы всё-таки! Под ногами вертится ласковая приблудная собачка, в ожидании подачек, жарко, мухи... Да, и был у меня в отряде один абрек какой-то, не помню, гордой национальности по имени Иса. Отличался исключительным немногословием. Да просто всегда молчал! Выслушивал задание с холодной презрительностью горца, удалялся молча и выполнял исправно. И вот, посреди трапезы распахивается дверь и в вагончик врывается какой-то наглаженный инспектирующий, и начинает визжать, махать своими ручками, не знающими работы, топать конечностями и т. д. Мол, чо за х... я, где стенгазеты, где протоколы, мля, собраний! Пиво?!! Всех вон из института! Аааа!...

И тут наш добрый пёсик как взбесившаяся петарда бросается к нему и дважды клацает челюстью где-то в районе его паха! Оратор с истошным воем сгибается пополам, падает на заплёванный пол и бьётся в партийных конвульсиях. Мы окаменели! Ну это ж п... ц!! А молчун-Иса (вот же красавчик!) подхватывает собачку на руки, кружит с нею в танце, целует её мокрый кожаный нос и неистово кричит: "Вахх, Шяарик, ай молодэтс!! Вай лиублууу Шяарик! "Испуг наш пропал. Стало смешно.

Катаюсь как-то на велосипеде по одному парку в Канаде. Место достаточно оживлённое и популярное, так что нередко здесь можно встретить молодожёнов в окружении родственников, делающих снимки у профессиональных фотографов.

Происходит такое действо и на этот раз. Стоят, голубчики. Колумбийского такого вида. Ну, родом из тех краёв, что и Медельинский

Эту историю я слышал от непосредственных участников. Сейчас она им кажется очень веселой, но тогда…

Обычная семья, муж в море, жена с маленьким сыном дома. Каждый вечер повторяется одна и та же сценка:

— Коля, пора спать, иди в свою кроватку.

— Не хочу в свою, хочу в твою!

— Ну иди в мою.

— Все равно не хочу!

— А вот твои игрушки уже ложатся. Вот мишка лег (жена кладет в кровать плюшевого мишку), вот дядя лег (кладет фигурку моряка), вот жираф… Они тебя ждут!

— Ну хорошо, иду.

И вот муж приходит из рейса, но как только он собирается после праздничного обеда прилечь на кровать, мальчик во весь голос кричит:

— ПАПА! ТУДА НЕ ЛОЖИСЬ! ТУДА НЕЛЬЗЯ! ТУДА ЛОЖИТСЯ ДЯДЯ!

Немая сцена. Мама от неожиданности хлопает глазами, папа ошалело смотрит на сына и, наконец, не своим голосом спрашивает:

— А… какой дядя?

— Ну вот этот дядя, смотри! – И сын бежит к игрушкам и достает фигурку моряка. – В тельняшке! Он всегда сюда ложился, когда тебя не было!

Уважаемые родители, будьте осторожны с маленькими детьми, подбирайте правильные игры и слова! Ради вашего же спокойствия: — )

У осени прозрачные глаза.....

В недобрым словом помянутом 1998 году стали мы в одночасье из нищих очень нищими, каждый перебивался кто чем может, кто-то уехал за бугор, кто-то спился до смерти лихой самогонкой, ну а я стал бомбилой, то есть таксистом-нелегалом, на свой страх и риск. Кто только не перебывал в салоне моей старенькой трёшки

Дело было во время развала Союза, когда молодые республики тратили все свои силы на самостийность. А моей бабушке захотелось приехать в гости — из Львова в Таллинннн... Получила она визу и поехала через

Питер: всего две границы, да и в Питере брат моего мужа с вещами поможет.

Этот братец нам и позвонил. Сказал, что крыша поехала у бабки - везет мешок муки в Эстонию, килограмм этак на 20 -25.

— Да,- вздохнул мой муж,- ей уже за 70, а это не шутки...

Утром встретили мы бабушку, привезли домой, слушаем ее рассказ:

— Первая таможня, самостийна Украина — Россия. Проверили документы, роются в вещах. Спросили: "Бабуль, а чего, в Эстонии своей муки нет?"

А я им отвечаю: Хиба (разве) ж то мука? Из нее вареники не лепятся!

В Питере Леша помог с пересадкой, только грустный он был почему-то.

Hа второй таможне (Россия — нэзалежна Эстония) опять прицепились, а я этим засранцам опять отвечаю:

— Хиба ж то мука?

Бабушка развязывает мешок, достает из него восемь бутылок горилки с перцем, ставит их на стол и говорит:

— Хиба ж то таможня?

... Скоро бабушка приедет к нам в Торонто.