вентиляции легких или наркозо-дыхательную аппаратуру можно оперативно переключить на резервную, то с операционным столом такие шутки не проходят, а он, нехороший такой, имеет неприятную особенность заклинивать с "упавшими ногами". Гидравлика при неправильном обращении проскакивает точку возврата. после чего надо открыть кран и стравить избыточное давление. Несмотря на то, что неисправность типовая, разработчики до сих пор на всех моделях прячут спускные краны(иногда клапаны) под кожух центрального цилиндра, и. чтобы "поднять ноги", нужно разобрать полстола. Но русский мастер ленивый, а значит придумает, как обойти неудобную технологию. Вот мы и приспособились с помощью молотка и очень длинной отвертки через щелочку в кожухе переключать этот придурочный клапан быстро и не нарушая порядка работы на других участках.

"Ноги" в этот день упали когда на одном из столов операция уже началась, на втором- лежал больной в ожидании анестезиологов. На "наш" стол больной ждал очереди в коридоре. В операционной полная стерильность. Нас одевают как положено в стерильном боксе, так, что видны только глаза. Инструмент протерли спиртиком и запустили мастеров в опер. зал.

По словам персонала, когда пациент увидел входящих в операционную "анестезиологов" с молотком и полуметровой отверткой в руках, он попытался сбежать и шептал(кричать он не мог):

— Покажите, что они делают с Николаем!!!(больным на первом столе)...

двухместная, габариты приличные, в однушке не помещается (балкона нет). Стали они коляску оставлять в коридоре, благо, что общая дверь запирается.

Соседям, кроме той самой дочки, это не мешало. А та с месяц назад написала кляузу о нарушении пожарной безопасности и захламлении коридора.

Вот только со временем не угадала:

1. Нарушители (точнее, мама с близнецами) за день до приезда комиссии уехали к родителям на все лето и от коляски коридор освободили.

2. У кляузницы есть своя дочка лет 5, у которой и велосипед, и самокат, и коляски для нее и ее кукол и т. д. , и т. п. И надо ж такому случиться, что как раз перед комиссией все это барахло оказалось в коридоре около их квартиры. Не знаю, почему (то ли погода была дождливая и в квартиру это все не поставишь, пока не высохло, то ли уборку затеяли бабушка с дедом, то ли просто не стали заносить, т. к. все равно скоро гулять).

В общем, перед квартирой молодой пары, на которую была написана кляуза, во время проверки оказалось пусто, а вот у автора доноса — полный комплект нарушений. В общем, комиссия была в восторге и оформила нарушителей по полной...

записывался, в виде линии на бумаге. Изучить качества звуковой волны — пожалуйста, но кроме исследовательских целей аппарат ни на что не годился. Вот вся слава и досталась тому, кто научился звук не только записывать, но и воспроизводить.

И вот, в 2008, вдруг решили вспомнить де Мартенвиля. И подумали "тогда звук с бумаги, конечно, проиграть не умели, но с тех пор ведь полтораста лет прошло. Давай с современной техникой попробуем, благо бумажек после себя де Мартенвиль оставил немало".

Ходили, кстати, слухи что де Мартенвиль записал голос самого президента Линкольна, но это простая байка. Не бывал он в те годы в Америке.

Так или иначе, взяли исследователи те бумажки, выбрали где линии почётче, положили в сканер, и запустили программу по обработке. Качество звука оказалось не ахти, но кое-что разобрать удалось.

Одну из записей — самую старую, 9 апреля 1860 года — сперва сочли пением неизвестной женщины, но оказалось, что Эдуар пел сам. Просто пел он медленно, вот запись по ошибке и пробуратинили на двойной скорости.

Да, как и позже Томас Эдисон, Эдуар-Леон Скотт де Мартенвиль использовал слова известной песенки. Только, разумеется, не английской "У Мэри был барашек", а родной отечественной колыбельной "Au clair de la lune".