Ужасную ошибку совершила одна женщина под Рождество. Сначала она все правильно делала, так она думала. Надела сапоги, похожие на солдатские. Шубу и шапищу. Села за руль своего джипа и поехала к одной дуре. Корыстной гадине. Разбираться.

Женщину звали Тамара Леонардовна, предположим. У неё был единственный сын, она его поздно родила, для себя. И так вдвоём с сыном прожила тридцать лет. Сына она безумно любила. Ради него и жила, и работала изо всех сил. И разбогатела ради него. А сын познакомился с девушкой Леной из общежития. Да ещё с ребёнком!

Тамара Леонардовна знала людей. Она знала, что эта девка, как она Лену называла, хочет отнять у неё сына и поживиться имуществом. Вот и поехала она разбираться с девкой, узнала, где та живет. И решила эту Лену запугать или подкупить; как получится уж. Но оторвать змею от своего сына, который перестал слушать маму и толковал о женитьбе.

Тамара Леонардовна была лицом похожа на бульдога. Тяжёлое лицо со складками и брылями. А глаза у неё горели от злости как у собаки Баскервилей. Она была большая женщина, как памятник Родине. Думаю, на Кабаниху она походила более всего; из пьесы Островского.

По пути Тамара Леонардовна купила несколько яблок и груш. И погремушку для ребёнка. Все же праздник. Надо же как-то начать разговор, верно? Не звери же мы лютые, не ягуары!

Так что все правильно она делала. Позвонила в дверь, вошла, как циклоп, сняла сапоги и шубу. Поздравила с наступающим эту девку, только хотела начать спич, и тут увидела в манеже ребёнка.

Беленький такой мальчик. Петруша его звали, как робко сказала Лена. Она стояла и тряслась от страха. Потому что Тамара Леонардовна могла напугать, уж поверьте!

Тамара Леонардовна подошла к манежу и протянула малышу погремушку. На! И тут малыш вдруг залился таким радостным смехом, что Тамара даже вздрогнула. Малыш схватил погремушку ручкой и стал так потешно переступать ножками в носочках, держась одной рукой за борт манежа, — вроде танца такого. При этом он махал погремушкой и не сводил синих глаз с Тамары. И ещё радостно взвизгивал, от восторга. Почему-то Тамара Леонардовна внушила малышу необычайный восторг!

Он стал тянуть ручки к женщине, визжа и хохоча. Глаза как щелочки стали, рот с двумя зубами растянулся до ушек...

Вот тут Тамара ошибку- то и совершила. Взяла малыша на руки; инстинктивно. А Петруша обнял ее крепко-крепко, изо всех сил. А потом стал рукой трогать лицо, погремушкой слегка постукивать по лбу ей и ворковать…

Ну, и она стала ворковать. Стала умильным голоском говорить всякие глупые и бессмысленные слова: "кто это такой малипусечка? Кто этот маленький попсинька? Кто у нас такой сладкий сахарочек? ", — как дура сделалась. И сердце ее сжалось так сладко-сладко, так горячо стало в груди… А Петруша не сводил с неё влюблённых глаз и прямо цеплялся изо всех сил! Ни за что не хотел к маме. И пахло от Петруши счастьем. Любовью. Ангелами, — если они пахнут, то именно как маленькие детки…

Да Тамара Леонардовна и сама не хотела малыша отдавать. Она бы сейчас все на свете отдала бы за Петрушу. С ней случилась любовь. Бах! — и все. И по складкам лица текли тёплые слёзы…

Я был совсем маленьким, когда у нас в доме появился телефон — один из первых телефонов в нашем городе. Помните такие большие громоздкие ящики — аппараты?

Я был ещё слишком мал ростом чтобы дотянуться до блестящей трубки, висевшей на стене, и всегда зачарованно смотрел как мои родители разговаривали по телефону.

Позже я догадался, что внутри этой

Навеяно историей про конспекты "Апрельских тезисов" и иже с ними...

Нет, когда я была студенткой (а было это очень и очень давно уже), конспекты классиков марксизма-ленинизма уже отменили. Но вот был у нас такой "архи-нужный" предмет, как история русской литературной критики. Длился, к счастью, всего один семестр — месяцев пять,

Богатая получилась тут на днях обсуждалка мема про захоронения и кремацию. Интересных комментариев было много, но забавного мало. А я вот вспомнил эпизод из одного весёлого китайского фильма. Там бабушка привела своих детей и внуков на могилу дедушки. Дети и внуки приехали из далёких стран, на кладбище не бывали, обычаи подзабыли. Вот бабушка их учит. Они принесли дедушке всякое угощение. И там примерно такой диалог, бабушка возмущённо говорит:

— Кто положил дедушке апельсин?! Кто это сделал?

— Я… А разве дедушке нельзя апельсин?

— Дедушке можно апельсин, но ты же его не почистил! Как он его съест, он же сам почистить не может! А это что??!! Кто положил сигареты??

— Я положил. Я знаю, что дедушка очень любил курить.

— Да, он любил курить, но ведь это очень вредно!

— Бабушка, ну пусть дедушка покурит, он ведь всё равно уже умер…?

Cлужил я в ракетном полку! И вот, как обычно бывает, приехали к нам "друзья" из США, проверять наш полк! Наши уже все знали, что едут к нам (разведка сработала) ну вот, чтобы показать какие мы цивилизованные военные, на площадке в леске, где стоят ракеты, поставили туалет с унитазом. Все как положено унитаз, бачёк и все дела! Закрыли его моссетью. Ну, вот идет толпа этих янок. Один спрашивает, что за спец объект? Ему говорят — клозет для военых! Ну, тот и пошел, а солдатику наказали, чтобы незаметно воду в бачек доливал. Тот и сидит в траве с полным ведром-затаился! Америкос сходил, водичку слил, но видно в этом деле немного соображал — шланга то нет откуда вода в бачке? Подумал дай гляну. Пока он думал и обходил данное изобретенье. Боец уже тихонько, а главное незаметно ещё воды налил и свалил. Тот глянул нету там ничего. Опять в сортир, опа а вода опять есть! Боец уже опять успел сгонять! Раза три он так нашего воина доставал! В итоге сдался! Русская техника в образе сортира непонятна! Что уж тут про ракеты говорить! Хохотали мы до одури! Но секрет этот наши "друзья" так и неразгадали!