Гляжу на клавиатуру единственным оставшимся полузаплывшим глазом, второй залепило нафиг. Больно в самых разных местах, в голове кружится эскадрилья вертолётов. Зато времени теперь вагон – все свои предыдущие истории я писал на бегу.

Этой ночью я ввязался в дурацкую драку и пропустил всего один удар, остальные сами приплыли бесплатным довеском. Следующей, медицинской стадии, я ждал с любопытством – много слышал о национальном проекте "Здоровье", а вот пересекаться с ним не приходилось – здоров был, как кабан. В принципе, мне немного досталось – руки-ноги целы. Срочной медицинской помощи требовали только ребро, глаз, нос и башка в целом – по ней конкретно навесили.

Травпункт на Уткинской находился ближе всего. Там мне объяснили, что каждой из поражённых точек на моём могучем теле соответствует точка на карте города Владивостока: ребро — на Уткинской, глаз — на Больнице рыбаков, нос — на Первой речке, и башка (нейрохирург) — в Тысячекоечной. Все четыре точки находятся в радиусе восьми километров друг от друга. Все они, по словам врачей, требовали неотложного посещения одновременно.

Телепортатор отсутствовал. Я порадовался своему здоровью и выходному дню – в рабочее время простой объезд этого магического эллипса мог занять часов пять, не считая очередей в самих травпунктах. Это я ещё промолчал о челюсти, а то послали бы куда-нибудь в пятую точку.

После Уткинской я голоснул попутку. Водилой оказался худощавый мужик лет тридцати, тоже какого-то побитого вида. Он объяснил, что посещает секцию русского рукопашного боя. Бросив на меня короткий взгляд и задав несколько вопросов, он начал оглашать мой развёрнутый диагноз, список медикаментов и методики лечения. Закончил он свою мысль тем, что всё это — фигня, вот у них в секции от единственного пропущенного удара случалось гораздо хуже. Единственное, что его озаботило, так это мой нос – диагноз водилы гласил небольшие, но множественные осколочные переломы, поддающиеся, впрочем, лёгкому лечению – в общем, он послал меня к лору и посоветовал забить на остальных. Особенно злобно он отозвался о нейрохирурге – "постучит по коленке, назначит успокаивающих, замучит повторными приёмами, а запасных мозгов у него всё равно нет…" Я не поверил и потратил весь день на пятерых в совокупности врачей – пятый нарисовался, когда глазник послал ещё и к челюстно-лицевому хирургу, естественно, находившемуся ещё в одном отдельном месте. Каждый из них после продолжительного обследования строчил мне рецепты и медицинские заключения, и в каждом я с потрясением узнавал речь подвёзшего меня водилы – с той только разницей, что вся это бодяга, осмотр-допрос-оглашение приговора, у него заняли полминуты без всякого спецоборудования. Вторая большая разница заключалась в том, что помимо потерянного дня, я чуть не переломал оставшиеся кости на льду, окружающем все эти травпункты – система "гололёд-травпункт" смотрелась, как единый комплекс. Я самой драки так не испугался, как дорожки от челюстно-лицевика до рентгена Больницы рыбаков – ледяная горка круто обрушивается там этажей на десять вниз без всяких зацепок. Что называется, доставка пострадавших за секунды.

Водила правильно мне назвал даже тип антибиотика. Оба врача, его прописавшие, лицевик и лор, довольно долго размышляли и колебались перед назначением. Кстати, бодягой назывался один из прописанных мне медикаментов, о котором я услышал сегодня впервые в жизни. Мой водила посвятил разновидностям бодяг обширную часть своей речи, обнаружив воистину энциклопедические знания по этому вопросу. К сожалению, в моей гудящей голове все эти знания оказались быстро утрачены, но я навсегда запомню, что бодяга бодяге — рознь. Единственное, в чём водила не справился с ролью всех моих врачей, вместе взятых, так это в работе умницы-лора на Первой речке – ну, так он меня к нему сразу и послал.

Лор долго выспрашивал меня о первоначальной форме моего носа, и я серьёзно пожалел, что не прихватил своих фоток в фас и профиль.

Оказалось, что, прожив с этим носом всю жизнь, я ни фига о нём не знал!

Под конец лор махнул рукой и вылепил мой новый нос по своему вкусу. Было очень больно, несмотря на заморозку, но лор оказался ещё и экстрасенсом – от звуков его голоса боль реально стихала.

Четыре предыдущих врача оказались, кстати, тоже очень доброжелательны – все они попутно ощупали мой нос и высказали свои гипотезы, сломан он или нет. Голоса разделились со счётом 2:2. Единственный, кто не ощупывал мой нос, так это случайно встреченный на дороге водила. Надо ли говорить, что он оказался прав.

Сегодня я понял, как трудно, оказывается, заниматься на секции русского рукопашного боя…

Снова незабываемая серия передач National Geographic "в ожидании конца света". Показывают психов, кои готовятся встретить всеобщий трындец. Причем трындец должен произойти исключительно по сценарию, который они сами себе придумали.

На этот раз очередной псих готовится к дефициту тепла и электроэнергии. Прям таки профессор из Бостонского университета. Говорит, что выживут только те, кто будет в состоянии изготавливать орудия труда. Ладно поверим. Проще всего с точки зрения технологии изготавливать металлические предметы путем литья. Тоже вроде не противоречит. Для изготовления ножа, грит возьмем цинк. Типа легко плавится и достаточно тверд. Стоп, мужик, а где ты цинк возьмешь если трындец повсюду? Это не железо, не медь и не алюминий — на помойках его практически не валяется. Ну да ладно, поверим. Мастерит товарищ печку солнечную и умудряется таки расплавить полкило цинка. Потом выливает цинк в форму для ножа. Металл выливается понятно как — половина мимо, после остывания кусок металла очень слабо похож на нож. И чувак сказамши гордо типа "осталось только доработать" идет к ЭЛЕКТРИЧЕСКОМУ точильному кругу и ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ ленточной шлифовальной машине.. Нож получился ниче так. ТОлько вот — я один не понял относительно электричества?

У меня на работе коллега отправила сына в приют. Вернее он сам себя отправил. 14 лет парню. Решил что вырос и ему всё можно. Мать долго терпела, но нервы сдали. Взяла ремень и отлупила его. Он с этим ремнем пошел в полицию, сказал избивают дома. Вызвали ПДН. Те мать. Заранее с матерью провели беседу, что будут спрашивать били, говорите нет, иначе сына заберут. Мать сказала, что это его выбор был обратиться в полицию, пусть разгребает сам. Сына забрали сначала в больницу, потом в приют. Еще на стадии больницы он выделывался, думал напугает мать, та будет бегать вокруг него, но она ни разу к нему не пришла. Был суд, ей дали полгода на восстановление. Она взяла отпуск на работе, взяла младшую дочь и укатила в Беларусь. Сказать, что сын офигел, ничего не сказать. Его отправили в ЦПН в другой город. Там его в первый же день обворовали. Тумаков еще навешали. Он пытался связаться с матерью, телефон выключен. Она не торопилась. Вернулась с отпуска и только под конец срока на восстановления стала восстанавливаться в правах. На работе сказала, что это были самые счастливые полгода в ее жизни, что так достал ее, что сил нет. Парень вернулся шёлковым. Идеальным сыном стал. Сам себя проучил.

КИДОК

Начало 90-ых. Мой питерский товарищ Миша, собирался ехать во Львов за дешевыми шмотками для себя и жены. А поскольку это мой родной город, он обратился ко мне за консультацией: Как там и где лучше что купить?

Консультация моя была проста:

— Покупай что хочешь и где хочешь, но помни, что деньги нужно отдавать

В Голландии уже несколько лет обсуждается возможность введения штрафа за ношение хиджаба в общественных местах. Порадовала карикатура в местной газете — две мусульманки, одна в обычном хиджабе, другая с туристической палаткой на голове и пояснением: "Штраф за разбивку палатки в неположенном месте на 20 евро меньше, чем за ношение паранджи".

Тем не менее замотанных до глаз (местные дети называют их Зорро), а иногда и с глазами в черное фигур становится как будто больше и больше с каждым годом. Моя маленькая дочка, впервые увидев этакое привидение в местном молле, долго с раскрытым от изумления ртом это рассматривала. Придя домой, ребенок первым делом достал из шкафа большое банное полотенце и набросил себе на голову, затем весь вечер задумчиво бродил в таком виде по гостиной, налетая на мебель (за что я уважаю свою дочь, это за стремление сначала понять все своими силами, а уж потом спрашивать взрослых). Затем она уселась в углу и долго и усердно что-то соображала — аж скрип шестеренок в ее маленькой головке был слышен.

Ни до чего не додумавшись, малышка наконец нас спросила: "Тетя очень некрасивая? "Такое объяснение могла придумать только женщина!