В феврале 1944 года американский солдат обнаружил в заброшенном окопе в джунглях Новой Гвинеи собаку породы йоркширский терьер, которая получила кличку Смоки. Ее хозяином стал капрал из Огайо Уильям Винн, который купил ее у солдат за 2 австралийских фунта. В течение следующих двух лет Смоки находилась вместе со своим хозяином на Тихоокеанском театре военных действий.
Собака участвовала в 12-ти воздушных и морских спасательных и фоторекогносцировочных миссиях. В ходе этих операций Смоки часто в течение длительного времени находилась в солдатском рюкзаке фактически под огнём. Она выжила, пережив как минимум 150 воздушных налётов и два тайфуна на Окинаве. Смоки также совершала прыжки со специальным парашютом с высоты в 9, 1 м. А Винн рассказывал, что она лаем и поведением предупреждала его об угрозе бомбёжки, чем спасала ему жизнь.
Однажды собака сэкономила труд 250 рабочих на аэродроме. Им пришлось бы копать новую канаву для прокладки кабеля. Для этого также нужно было бы переместить 40 боевых самолетов. Была найдена закопанная старая узкая труба. Собаку поставили у одного конца трубы, а ее хозяин звал Смоки из другого конца. И крошечная собака с привязанным к ней проводом, не побоялась проползти весь этот длинный тоннель.
Смоки считается и первой в мире профессионально й "лечебной собакой" — она развлекала раненых, показывая им всяческие трюки. В этом качестве собака проработала 12 лет, во время и после Второй мировой войны.
В общей сложности Смоки в США установлено шесть памятников. Кроме того, спасательный отряд Yorkshire Terrier National Rescue награждает ежегодной "премией Смоки" собак-спасателей, наиболее отличившихся в текущем году.
| 04 Feb 2021 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Еду я как-то в автобусе. Народу много, жара, духота. На одной из остановок заходит бабушка, всем своим видом показывает: "Уступите место, а то тут помру прямо стоя". Все сидят, делают вид, что не замечают.
Я встаю, предлагаю ей сесть. Она благодарит, садится. Минут через пять автобус тряхнуло, и эта бабушка достаёт из сумки телефон, но не просто кнопочный, а последний айфон, и начинает громко жаловаться подруге:
— Да что ж это за жизнь! Вчера на джипе колесо пробило, муж на яхте простыл, теперь вот по автобусам маюсь…
Весь салон еле сдерживается, чтобы не заржать. А я стою и думаю: вот оно — социальное расслоение в чистом виде
С самого утра меня зовет к стеклянным дверям, закрывающим наш коридор от лестничной клетки, координатор.
— Видишь, — говорит он, осторожно тягая одну из створок туда-сюда.
— Нижний элемент как-то не того. Зацепляется. Пол царапает. Нужно починить.
(Нижний стальной элемент на двери действительно
Батя вставал, и т. д. , потом уходил на работу, дверь хлопала, закрывал на ключ. Как всегда, после поворота ключа я вставал, умывался, завтракал и шёл в школу.
Иду — город как вымер, метель метёт. Пришёл в школу — школа закрыта, попинал дверь — тишина. Пошёл к товарищу, который жил ближе всех. Позвонил в дверь — никто не открывает. Ещё позвонил.
Открыла мать в ночной рубашке и в шали. Я такой: "А Серёга уже в школу ушёл?" Надо отдать должное матери — интеллигентный человек, библиотекарем работала, пригласила сначала войти и спросила: "А ты знаешь, сколько времени?" Я говорю (с учётом того, что ходил туда-сюда): "Где-то с полдевятого или ближе к девяти". Она говорит: "Три часа", — положила меня спать на диване.
Утром с Серёгой позавтракали, в школу пошли. Вечером я батю спрашиваю: "Что случилось?" Он ответил, что на карьере авария произошла, его вызвали. После этого, проснувшись, первым делом на часы смотрю. А когда появился жанр "постапокалипсиса", то он уже на меня не действовал — после прогулки по ночному "вымершему" городу.
Реальная история, произошедшая со мной в Нижнем Новгороде.
1995 г. Лето (Слава богу! – потом поймете). Работал обычным менеджером в фирме занимающейся зерном и мукой. Шеф вызвал на работу в субботний день, попросил встретить грузовую машину с зерном из Тамбова. Конечно, очень не хотелось, но "куда денешься с