Мансы Одесского Цирка

Не смешно, но может быть интересно кому-то.

Мне было лет 18 когда мое "родство" с Дуровым дало свои результаты. Я только начал встречаться со своей будущей первой женой, а тут в цирк приехал Дуров – ну как не воспользоваться чтобы произвести впечатление. Пришли мы к нему за кулисы. Человек-гора, да еще в жабо и камзоле ярко синего цвета, в парике и блесках. И эта знаменитость меня треплет за плечо и вообще как с родственником. Ну конечно я произвел впечатление. Моя барышня очень любила свет рампы – не сцена так манеж, какая разница.

Помню еще в тот визит дядя Юра придумал для нас номер: водный цирк, каналы, по ним плавают лебеди и моя избраница в красивом купальнике, вся в блестках, с ними. Ей очень понравилась идея до того момента, когда я сказал, что лебедь ударом крыла ломает ногу лошади.

Цирк требует готовности жертвовать. Это в театре артист может выйти на сцену под градусом или отлабать свой номер в четверь силы. В манеж (на проволоку, жонглировать или в клетку к хищникам) нужно выходить для полной отдачи. Помнится был такой случай.

В Одессе выступала Тереза Дурова (вот она как раз наиболее прямой потомок дореволюционного Дурова, того, который, опять же в Одессе, выкрасил свинью в зеленой цвет, чтобы приколоться над тогдашним губернатором Зеленым). Не столько из-за "родства" через Юрия Дурова, сколько по увлечению животными и ее дочкой я был вхож закулисы. Зашел днем и застал Терезу и ее дочку в слезах – в этот день умер муж/отец. Горе, ну что тут скажешь...

А вечером Тереза с дочерью выступали. И если бы не частые отлучки за занавес (где они утирали слезы и восстанавливали гримм) никто и не заметил, что они доиграли свой номер превозмогая горе. Такой вот цирк настоящий.

Наблюдал на днях человекообразное поведение животных.

Конец июля, жара, на пустыре под домом осталась одна лужа, довольно огромная. По берегам ее сидели три вороны, на равном удалении друг от дружки. Пол их мне остался неизвестен, чисто по поведению назову одну из них вороном. Он яростно долбил клювом черствую буханку, понемногу размачивал ее в луже. Отщепив очередной кусочек, перелетал с ним то к одной вороне, то к другой, широко распахнув крылья и распушив хвост. Величественно приземлившись перед подругой, вкладывал ей хлеб из клюва в клюв подолгу, будто целуясь. Выглядело это очень нежно и трогательно. Закончив церемонию, летел обратно к буханке и долбил ее снова.

Но вот он подустал — ломоть отщепил, да так и остался на своем берегу. Поглядывал то на одну ворону, то на другую. Заманчиво вертел хлебом в клюве. Наконец одна из них не выдержала и перелетела к нему. Вторая горько каркнула и улетела прочь. Трагедия!

Ой, раз пошла такая пьянка, расскажу и я, как своему предложение делала.

Переписывались мы с мальчиком в асечке, иногда на каких-то сабантуях пересекались — где-то год так. А потом я возьми и заболей, одна в чужом городе. Он прилетел как Чёрный плащ, три дня меня выхаживал, такой душка — и опять на месяцы пропал. Потом зашёл диск передать от кого-то — и на несколько дней снова остался. Мы просто болтали, не могли отлипнуть. В итоге вернулся домой и звонит, мол, мать скандалит: или ночуй каждый день дома, или уматывай к своей крале совсем. "Ой, а ты ж приставать ко мне будешь!" — спохватилась — "Не буду, я девственник и до свадьбы ни-ни! "Поторговались мы немного и решили, что я за него замуж выйду, но потом, а он ко мне прямо сейчас вернётся с вещами и обещанием приставать. И мы оба честно выполнили договор.

В конце рабочего дня на служебный номер позвонила встревоженная жена, гостившая с детьми у родственников на хуторе: "Приезжай скорее, полдня не можем найти младшего ребёнка! Последний раз видели его у реки". Что-то буркнув на ходу начальнику, бросаюсь к машине и еду, забыв, как оказалось, на работе даже права с документами на авто.

К моему

Стою вчера на остановке, это конечная для трех автобусов. Они едут по одному району в разных направлениях, но через 10 примерно остановок пересекаются и дальше едут одинаково. Собственно, туда, в место пересечения, мне и надо было. Подьезжает водитель, смотрю, номер маршрута меняет. Захожу, спрашиваю: "Можно? "Он на меня смотрит, как на дуру, говорит: "Я номер поменял! "Собственно, когда восточный мужчина пытается что-то женщине обьяснить, он всегда думает, что он гений, а у нее ума как у тумбочки. Обьясняю, что мне не важно, всё равно подходит. Снисходительно заявляет: "Заходи". Покрутившись для виду у дверей и поняв, что пассажиров больше не будет (дело было поздно вечером, я была одна на остановке), он жалобным голоском спрашивает: "А ты не знаешь, куда этот маршрут едет? "Тут я и выпала.