Иду ночью по плохо освещенной улице. Впереди девушка на каблуках цокает. Вдруг она обернулась, посмотрела назад и шаг ускорила. Я на всякий случай тоже ускорился. Она побежала. Я тоже побежал. Она закричала, я тоже закричал. Она завизжала, я заорал так, что сорвал голос. Не знаю, от кого мы убегали, но страшно было до усрачки.

В кабаке сидят пара немцев, рядом пара украинцев. Немцы на них заинтересованно смотрят, потом решили подкатить.

— Ребята, вы из России?

— Нет, — говорят, — мы из Украины.

— А это что?

— Страна такая. У нас есть свой герб, гимн, флаг…

— Это понятно, — говорят немцы.

— А где такая страна?

— Севастополь знаете? — спрашивают украинцы.

— Знаю, — говорит один. — у меня там дед воевал. Но ведь это Россия.

— Нет, это Украина. У нас есть свой герб, гимн, флаг. Ладно, как вам еще объяснить… Донбасс знаете?

— Знаем. Но ведь это Россия!

— Нет, это Украина. У нас есть свой гимн, герб, флаг…

Немцы видят, что ничего не получается. Задумались:

— Ну ладно. А язык у вас какой? Русский?

— Нет, наш, Украинский.

— И как по вашему рука?

— Рука.

— А нога?

— Нога.

— Хм… А [п]опа?

— Срака.

— И это вы из-за одной сраки придумали себе герб, гимн, флаг??

— Зачем ребенку 2 родителя?

— А затем, что пока мама психует, папа — нормальный, а когда уже и папу накрыло с детских закидонов, маму уже отпустило.

Пи[c]ец начинается тогда, когда все ваши мысли занимает тупо один человек.